Advisor 28 октября 2017 в 18:36
Зарабатывайте вместе с нами:
Advisor 28 октября 2017 в 18:36
Брокер Alfa-Forex: http://grandfx.ru/alfa-forex
Advisor 28 октября 2017 в 18:36
ПАММ-счет ATinvest.USD: http://grandfx.ru/atinvest.usd
Advisor 28 октября 2017 в 18:36
ПАММ-счет ATinvest.RUB: http://grandfx.ru/atinvest.rub
Ограничение!
Гости не могут отправлять сообщения в прямой эфир.
Зарегистрируйтесть или авторизуйтесть, чтобы снять данное ограничение.
Новости форума
IrinaInstaForex отвечает в теме
Разделы статей

Ларри Вильямс. Долгосрочные секреты краткосрочной торговли.

3 июня 2013 -
article92.jpg

Ларри Вильямс

Долгосрочные секреты краткосрочной торговли

УДК 33 ББК 65.262.1 В44

Люди думают, что спекуляция — это игра предсказания будущего, знания того, что не может быть известно. Это не так. Это игра развивающихся стратегий с побеждающими преимуществами, при­влечением шансов на вашу сторону, работой с этими шансами. В этой книге описывается, как я зани­мался именно этим в течение последних 35 лет." — Ларри Вильяме

Краткосрочная торговля - подход, применяемый большинством трейдеров при игре на рынке. Этот ме­тод делает возможным самые крупные финансовые доходы, но одновременно он сложнейший вызов, требующий постоянного внимания и бдительности, а также очень строгого планирования. Написанная Ларри Вильямсом, самым признанным и популярным техническим аналитиком последних трех десяти­летий, эта инновационная книга в — его первая за почти десятилетие — предлагает основы, надежной и выгодной краткосрочной торговли, раскрывая преимущества и недостатки этого столь плодотворного, но все же потенциально опасного предприятия.

Делясь своим многолетним опытом закаленного и успешного трейдера, Вильямс предлагает свое по­нимание рынка по широкому диапазону тем: от хаоса и спекуляции до прорывов подвижности рынка и стереотипов прибыли. Под его опытным руководством Вы узнаете об основных принципах, движу­щих рынками, о трех наиболее доминирующих циклах, когда выходить из сделок и как до конца со­хранять выигрывающие позиции в выбранных временных рамках.

Наряду с глубоким анализом наиболее эффективных стратегий краткосрочной торговли и подроб­ным описанием лучшей теории и практики управления капиталом, «Долгосрочные секреты кратко­срочной торговли» включают выигрывающие технические индикаторы Вильямса, а также его мысли по широкому диапазону тем. Вот некоторые примеры:

«У краткосрочного трейдера есть одна цель: поймать текущий рыночный тренд. И все. Именно это- все, что Вы должны пытаться делать»!

«Чем уже рамки временного периода вашей торговли, тем меньше денег Вы будете делать», (продолжение на заднем развороте) (начало на переднем развороте)

«Вы не начнете делать большие деньги, пока не научитесь держаться за выигрышные сделки, причем чем дольше Вы держитесь, тем больше Ваш потенциал получения прибыли.... Нужно время, чтобы сделать деньги, независимо от вида деятельности».

«Богатство не создается одними только удачными входами на рынок. Оно требует также правиль­ного управления капиталом».

«Я думаю, Вы должны бояться рынка и бояться себя.... Без страха нет уважения, а если Вы не ува­жаете рынки и не боитесь себя, Вы станете еще одним жмуриком в длинном списке потерь, разбро­санных на просторах рынков товарных фьючерсов».

Полный неоценимого знания, точных правил и формул, а также полезных советов одного из наибо­лее уважаемых сегодня рыночных игроков, этот всесторонний и практический ресурс послужит осно­вой для вашего "евангелия" краткосрочной торговли

ЛАРРИ ВИЛЬЯМС — известный трейдер, писатель, редактор информационного бюллетеня и упра­вляющий финансами. Он постоянный победитель Мирового чемпионата Кубка Роббинса в торговле фьючерсами, сделавший из $10,000 $1,100,000 меньше чем за двенадцать месяцев. Был членом Со­вета директоров Национальной Фьючерсной Ассоциации и дважды выдвигал свою кандидатуру для избрания в Сенат США от штата Монтана. Г-н Вильяме публикуется в таких изданиях, как Barren's, The Wall Street Journal, Forbes и Fortune, является одним из наиболее широко цитируемых и автори­тетных консультантов в течение последних двадцати пяти лет.

Выпускающий редактор Осипов В.И. Научный редактор Чекулаев М. Редактор Чевтаева И. Перевод с английского Шматов А.

Ларри Вильяме

В44              Долгосрочные секреты краткосрочной торговли. — М.: ИК Аналитика.

2001-312с.

ISBN 5-93855-14-9                                                           Copyright © 1999 by Larry Williams

Published by John Wiley & Sons, Inc.

Copyright © Перевод на русский язык,

оформление "ИК "Аналитика" 2001

 

 

 

 

 

От автора

Эта книга — не результат исследования, а кульминация карьеры, включившей в себя исследовательскую работу, самоанализ и, по ходу дела, определенный личный рост.

Моя карьера, соответственно и эта книга не состоялись бы без помощи, поддержки и знаний многих людей, которыми они делились со мной все эти годы. Среди них особое место занимают Дон Сарно (Don Sarno), первым при­гласивший меня выступить перед аудиторией Commodities Magazine, а также Билл Михан (Bill Meehan) и Том ДеМарк (Tom DeMark) — оба блестящие аналитики, хотя и придерживаются совершенно разных взглядов — очень по­могли мне разобраться, что представляют собой рынки. Они всегда были гото­вы поделиться своими мыслями. Я также очень обязан Кену Хорнбруку (Ken Hornbrook), всегда охотно приходившему мне на помощь, когда надо было по­ложить на программный язык «еще одну» идею.

Я хочу поблагодарить Майка Стока (Mike Stock) за программирование и обмен опытом; Джейка Бернстайна (Jake Bernstein) — за дружбу протяженно­стью в четверть века; брокеров, включая Эла и Грега Алесандра (Al and Greg Alesandra), стойко переносивших мои нескончаемые вопросы и телефонные звонки; Джоэла Роббинса (Joel Robbins) — за его поддержку и замечательную команду, в которую входят Ларри Херст (Larry Herst) и постоянно работаю­щие со мной супруги — энергичный дуэт «Рик и Джин» (Rick and Gene). Бла­годарю также Энди Дэниелса (Andy Daniels), но больше всего Эда Уолтера (Ed Walter) за прием телефонных звонков, поступающих ко мне со всего ми­ра, и ежедневное предоставление мне котировок в течение стольких лет, что мы уже потеряли им счет.

Очень многие коллеги-аналитики так или иначе вдохновляли меня — от Боба Пречтера (Bob Prechter), вероятно, лучшего в консультативном биз­несе, до Брюса Бэбкока (Bruce Babcock), моего личного «адвоката дьявола». Франк Точер (Frank Taucher) и Боб Пречтер единственные из всех известных мне тогда людей, которые выступили и даже оплатили счета адвокатов за воз­можность публикации информационных бюллетеней, пытаясь отстоять право печататься без регистрации в Комиссии по торговле товарными фьючерсами правительства США (Commodity Futures Trading Commission, CFTC) в соот­ветствии с первой поправкой к конституции. Марти Цвейг (Marty Zweig) и Нед Дэйвис (Ned Davis) учили всех нас тому, как нужно

 

 

вести исследовательскую работу. И спасибо многочисленным друзьям, которых я приобрел в этом биз­несе: Джо ДиНаполи (Joe DiNapoli); Уэллесу Уайлдеру (Welles Wilder); P. E. Макмастеру (R. E. McMaster); Нику Ван Найсу (Nick Van Nice) (сыну Джо и Вилли, настоящей восходящей звезде, а также борцу против CFTC); Линде Брэдфорд-Рашке (Linda Bradford-Raschke); Джорджу Энджеллу (George Angell); Брайану Шаду (Brian Schad); Марку Бенджамину (Mark Benjamin); Шелдону Найту (Sheldon Knight); Майлзу Данбару (Miles Dunbar); Глену Ларсену (Glen Larsen) из Genesis Data; Стэну и Гретхен Марзалк (Stan and Gretchen Marzalk); Джону Хиллу (John Hill); Бо Тунмэн (Во Thunman), осно­вательнице «Клуба — 3000»; Ким Хенри (Kim Henrie) и всем сотрудникам British American — за их огромную помощь и поддержку. Мне повезло, что я познакомился со всеми вами, и я уверен, что этот список далеко не полный.

Мой секретарь и офис-менеджер, очень способная и исполнительная Дженнифер Уэллс, заслуживает особого упоминания в связи с ее блестящей работой, и отдельное ей спасибо за те усилия и заботу, которые она проявля­ет, пытаясь поддержать меня при моем несколько неравномерном образе жиз­ни. Дженнифер — настоящее сокровище.

Моя карьера и эта книга не стали бы возможны без людей из всех уголков мира, подписавшихся на мой информационный бюллетень — Commodity Timing. Мои подписчики, участники семинаров и читатели моих книг заслу­живают персональной благодарности за то, что они пережили со мной как хо­рошие времена, так и те, что я хотел бы забыть! Вы составляете большую часть тех людей, с которыми мне довелось познакомиться и которые мне очень до­роги.

Наконец, спасибо моей жене Карле (Carla) и пятерым уникальным и заме­чательным детям — Келли (Kelley), Джейсону (Jason), Cape (Sara), Мишель (Michelle) и Пэйдж (Paige).

ЛАРРИ ВИЛЬЯМС Ранчо Сайта Фе, Калифорния

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

Введение. Вы — трейдер                                                                 1

Глава 1. Наведение порядка в краткосрочном хаосе        11

 

Как я узнал, что такое рынок   11

Графическое представление рынка  13

Неслучайный рынок          16

Понимание рыночной структуры         19

Глава 2. Вопрос цены и времени                                            27

 

Все, что вам нужно знать о циклах         27

Естественный цикл изменения диапазона         33

Там, где тренд с вами — вторая ценовая фигура силовой игры  42        

Глава 3. Главный секрет краткосрочной торговли           51

 

Все дело во времени         52

Глава 4. Прорывы волатильности — прорыв моментума    65

 

Простые дневные прорывы диапазонов         69

Взгляд на волатильность S&P 500         77

Отделение покупателей от продавцов

для нахождения волатильности с помощью

рыночных колебаний         83

Результаты         84

Еще один шаг вперед         84

Глава 5. Теория краткосрочной торговли                            87

 

Что не так с информационным веком         91 Правило миллионов Э.Г. Гарримана         92

Глава 6. Подбираемся ближе к истине                                  95

Рынок не игра в орлянку         96 Месячные дорожные карты         105

 

Глава 7. Ценовые фигуры получения прибыли                109

 

Общий элемент         110

Вопросы, которые следует задать         116

Мои фигуры ударных дней  118

Как использовать фигуры ударного дня          122

Ловушка специалистов          126

Важное замечание: это работает

и на более коротких временных периодах          131

"Уупс!" — это не ошибка    132

Торговля S&P по системе "Уупс!"  138

Глава 8. Разделение покупателей и продавцов       141

 

Величина наибольшего колебания          143

Торговля фондовым индексом с применением
значения наибольшего колебания 144
Некоторые советы           150

Глава 9. Краткосрочная торговля по экрану котировок  151

 

Как делает деньги экранный трейдер          153

Точки разворота как признаки изменения тренда          154

Трехбарная система максимумов/минимумов           157

Новый индикатор для краткосрочных трейдеров...

Вилл-Спрэд (Will-Spread)     158

Вилл-спрэд и фондовый индекс S&P 500       162

Глава 10. Специальные краткосрочные ситуации        169

 

Торговля фондовыми индексами в конце месяца          169

Целевые месяцы           170

Делаем лучше            170

Торговля на рынке бондов в конце месяца          172

Углубляясь в детали           173

Все лучше и лучше          176

Время и продавать тоже           178

Глава 11. Когда выходить из сделок         181

Глава 12. Размышления о спекулятивном бизнесе         183

 

В чем суть спекуляции           184

Это — вопрос времени     185

Управление торговлей          185

Существенные моменты спекуляции         186

 

Глава 13. Управление капиталом — ключи к королевству  197

 

Большинство трейдеров используют подход «попал/промазал»  198

Подходы к управлению капиталом — выбирайте любой   199

Хорошее, плохое и уродливое в управлении капиталом    200 Взгляд под новым углом: проседание как актив         206 Возвращение к Райану и Ральфу         211

Глава 14. Мысли из прошлого                                              213

Глава 15. Так что же заставляет фондовый рынок расти?  271

 

Логика 101         272

Эти слова — мой бонд         272

Взгляд на данные «А» и данные «В»         274

Давайте сломаем некоторые плохие привычки         275

Как сломать плохие привычки         277

Комментарии по установке стопов —

потеря долларов и непредсказуемость         279

Глава 16. Заключительные комментарии                          285

 

Это как жизнь         285

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Вы — трейдер

Известно вам это или нет, но вы торговали товарными фьючерсами (коммодити) всю свою жизнь. Хотя, вероятно, вам никогда не приходилось тор­говать контрактами на свиную грудинку (Pork Bellies), вы почти наверня­ка продавали и покупали права собственности на такие товары, как автомо­биль, дом или антиквариат, на чьи-то деньги или от чьего-либо имени. Если вы никогда не делали этого, то наверняка торговали временем за деньги. Вы торговали своим временем как преподаватель, адвокат, сантех­ник или землекоп в обмен на чьи-то деньги. Таким образом, вы уже напо­ловину овладели профессией трейдера, но просто не знали об этом!

Когда мы торгуем своим временем, то фактически торгуем и своим вре­менем, и своими навыками. Именно поэтому нейрохирург получает в час больше, чем хирург-ортопед. И именно поэтому хороший куортербек1 по­лучает больше, чем текл (линейный нападающий) и врач, вместе взятые. Он больше рискует карьерой. Дело не в том, что его профессия однозначно ценнее других. Дело в том, что в ней труднее преуспеть, и она несет в себе больший риск неудачи. Эта характеристика и определяет, большее или меньшее количество долларов получит человек, продающий свое время и навыки.

Мастерство Майкла Джордана в дриблинге и бросках само по себе не имеет никакой ценности, однако владелец «Чикаго Буллз» увидел возмож­ность сделать кучу денег с помощью этих, казалось бы, бесполезных навы­ков, набив стадионы болельщиками и заставив телевизионные компании раскошелиться за право трансляции матчей. Таким образом, что-то «не имеющее никакой ценности» может представлять огромную ценность.

1 Куортербек - в американском футболе ведущий игрок, занимающий позицию на бэкфилде за линией схватки; вводит мяч в игру. - Прим. ред.

 

 

 

 

 

 

Однажды на семинаре по торговле я проиллюстрировал это, поместив свой банковский чек в запечатанный конверт, который затем положил в прозрачный полиэтиленовый пакет, где было еще 14 таких же конвертов. Каждый из участников имел возможность вытянуть один конверт. Вытянувший конверт с чеком на $5,000 мог оставить деньги себе.

В пакете было 14 ничего не стоящих конвертов, но внезапно они приобрели ценность! Хотя все, кроме одного, были пустые, имелся 1 шанс из 15 вытянуть $5,000. Таким образом, каждый конверт (или возможность выбрать конверт) стал стоить $333.33. Как только участники стали доставать конверты из пакета, остающиеся там пустые, ничего не стоящие конверты стали прибавлять в цене. Действительно, после удаления пяти пустых конвертов, шансы стали 1 к 10, а цена повысилась до $500. Когда в пакете осталось только два конверта, присутствовавшие в тот момент в аудитории были готовы заплатить $2,500 за право запустить руку в пакет! То, что не имело никакой цены, внезапно приобрело большую ценность!

Это ваш первый урок становления более агресивного трейдера. Ценность, подобно красоте, зависит только от мнения самого наблюдателя. Для трейдера это означает, что никогда не надо гадать, какова действительная ценность товара: она та, которую готов заплатить рынок. Он (рынок, или по-иному — коллективное суждение о нем других трейдеров) может не давать эту цену в течение долгого времени, но король рынка — цена, она и есть то, что есть. Я давным-давно научился не спорить с тем, что есть.

В 1974 г., придя к выводу, что цены на говядину взлетят, я начал ее закупать, открыв первую позицию на уровне 43 цента за фунт. Я «знал цену» говядине: она была явно занижена, обещая верную прибыль. Далее, по мере того, как цена дрейфовала к 40 центам, я докупался. В конце концов, если 43 цента было дешево, то 40 центов — еще лучше.

Затем цена сползла к 38 центам — и на этой распродаже я, не желая быть статистом, купил еще. Но цена резко упала до 35 центов, затем до 30 центов и, наконец, до 28 центов, где, дорогой мой читатель, я и вышел из игры. Мои ресурсы были ограничены, а это движение стоило мне приблизительно 3 миллиона долларов, причем меньше, чем за 30 дней.

Двумя месяцами позже цены на говядину подскочили до 60 центов за фунт и даже выше. Но меня уже там не было — «верная сделка» дорого обошлась мне и дала ход слухам, что я завалил позицию. Сегодня, четверть столетия спустя, многие до сих пор вспоминают об этом, несмотря на мои успехи, о которых я расскажу в этой книге позднее.

Этот печальный опыт помог мне на протяжении прошедших с той поры лет сформулировать два важных правила. Первое правило: цена — понятие эфемерное — она может быть всем, чем угодно, и именно все, что угодно, может произойти при торговле товарными фьючерсами и то же самое — с ценными бумагами.

 

Второе правило, более важное: хотя тренд и направление развития рынка основные объекты внимания, знание, как управлять своими инвестиционны­ми ресурсами, имеет самый высокий приоритет. В конце концов, если бы я распорядился своими ресурсами в сделке с говядиной так, что сумел бы пере­жить тяжелые времена, я смог бы прилично заработать.

Вы никогда не знаете, когда рынки начнут делать то, что, как вы думае­те, они должны делать. Много раз, подобно Богу, рынок не отвергает, а про­сто медлит. Серьезные трейдеры вплетают в ткань своих программ защиту против таких задержек. И здесь нет лучшего подхода, чем управление ка­питалом (money management). Все ужасные истории, которые вы слышали о торговле товарными фьючерсами, подлинные. Многие люди оказывались полностью уничтоженными, сделав неправильный ход. И дело тут вовсе не в рынке и не в том, что трейдер принял плохое решение. На самом деле, у каждого успешного трейдера возможны неудачные решения, приводя­щие к убыточным сделкам. И таких сделок немало.

Банкротства, о которых вы слышали, буквально каждое, происходит из-за размещения слишком большой ставки в одной сделке или проигрышная позиция удерживается чрезмерно долго. Чем скорее вы научитесь управ­лять своими поражениями, тем быстрее вы вступите на путь накопления богатства, вполне возможный в этом бизнесе. Именно ваши неудачи, а не успехи убивают вас в этом бизнесе. Неудачи не закаляют характер — они уничтожают ваш банковский счет.

Основа вашего успеха - в предыдущем параграфе. Иногда физики могут предсказывать рынок, а иногда — нет. Иногда стоимость преобладает, иногда — нет. Мир спекуляции живет на предсказаниях будущего, а это в самом луч­шем случае нелегко. Легендарный американский военно-промышленный комплекс, вербовавший, предположительно, лучших из лучших с тысячами своих офицеров разведки, не смог предсказать падение Берлинской стены! Так как же после этого мы — вы и я — можем надеяться на больший успех?

Наша неспособность предвидеть будущее очень хорошо доказывается ка­ждый год таким известным спортивным журналом, как Sports Illustrated. В 1997 г. спортивные оракулы предсказали, что «Пени Стэйт» займет пер­вое место в футбольной лиге, а «Мичигану» отвели 18 место. К концу сезо­на «Мичиган» оказался номером один, а «Пени Стэйт» — безнадежно поза­ди. «Вашингтон», предположительно, должен был стать третьим, а был по­бит непритязательным «Вашингтон Стэйт» — командой, не упомянутой ни в одном из списков 20 лучших, которая тем не менее стала чемпионом «Рас 10» и была близка к победе над «Мичиганом» в матче «Розовой чаши2» (Rose Bowl)!

2 Матч «Розовой чаши» — ежегодный матч двух лучших (по выбору организаторов) команд студенческого футбола в г. Пасадина, шт. Калифорния; проводится начи­ная с 1902 г. - Прим. ред.

 

 

 

Люди, зарабатывающие себе на жизнь гаданием на хрустальном шаре, обречены есть много битого стекла.

Однако расслабьтесь: хотя ни вы, ни я не можем предсказать будущее, особенно поведение цен, мы можем научиться управлять своими потерями. Эта уверенность, основанная на математике, обеспечит вас строительными блоками для возведения здания ваших успехов, причем каждого из них.

На протяжении многих лет я гонялся за пророками прибыльных сде­лок, теми финансовыми предсказателями,утверждавшими, что они сами или их индикаторы могут открывать будущее. В конечном счете, я по­нял, Бог не желает, чтобы мы видели будущее. Это именно так и никак не иначе.

Если бы мы могли видеть, что находится «там», мы все были бы муль­тимиллионерами. Мы ставили бы на лошадей, крутили колесо рулетки и бросали кости, если, конечно, не принимать во внимание, что ни одно кази­но не стало бы заключать пари, которое невозможно выиграть. Кроме того, как безысходно скучна стала бы жизнь, если бы мы могли знать сегодня, каким будет каждый день нашего будущего. Кто захотел бы так жить? Где радость открытия, магия неизвестного, восторг победы, дух борьбы перед преодолением препятствий?

Если бы все мы были богаты благодаря нашим способностям предвиде­ния, кто работал бы на нас: выращивал пшеницу, разводил скот? Не было бы ни телефонных компаний, ни кино, ни телевидения, поскольку никому не надо было бы работать. Хуже того: кто бы нанимал нас?

Как я говорил, Бог со всей его бесконечной мудростью не хочет, чтобы мы знали много о будущем, и наверняка, еще меньше хочет, чтобы мы зна­ли о будущем фьючерсов. Потенциальные спекулянты думают, что это — игра в предсказание будущего, ставка на знание того, что не может быть из­вестно. Это не так. Это игра развития стратегий с выигрышными преимуще­ствами, привлечения шансов на свою сторону, работы с этими шансами, а также постоянной готовности отреагировать на любые потенциальные из­менения в игре, включая новых игроков или новые идеи и концепции.

Слово «спекулировать» происходит от латинского specular, означающе­го «наблюдать». Мы не игроки, вступающие в игру, в которой со временем они обречены на поражение. Все, что они могут, это надеяться, что удача повернется к ним, а не к игорному заведению. Мы, спекулянты, предвидим, как события должны разворачиваться в будущем, но так как мы знаем, что никаких гарантий этого нет, мы защищаем нашу позицию соответствую­щими методами сохранения капитала, поэтому мы и можем победить в на­шей игре.

Искусство спекуляции требует одну долю наблюдения на гораздо боль­шую долю осторожности.

 

 

 

Мое самое важное правило

Основываясь на собственных исследованиях и опыте, я разработал мощ­ную и прибыльную систему веры:

Я верю, что моя текущая сделка будет убыточной... очень убыточной.

Это может звучать весьма негативно для всех вас, думающих позитив­но, но позитивное мышление может убедить вас, что вы выиграете, покупая и продавая слишком много контрактов и чрезмерно задерживая закрытие позиций. Из-за уверенности, что все у вас получится, вы наверняка будете держаться, когда рынок пойдет против вас, ожидая сильного скачка или поворота, который никогда не наступит.

Я смотрю на это так: если вы переполнены позитивной уверенностью в своем рыночном успехе, ваша убежденность приведет к тому, что вы не слишком умело управитесь с проигрышными сделками. Именно поэтому системы веры столь важны для трейдера. Если ваша система веры говорит, что текущая позиция будет выигрышной, а потом это оказывается не так, то потребность вашего разума укрепить эту веру буквально вынудит вас дать «зеленый свет» потерям, заставит держаться за проигрышные пози­ции, т. е. делать то, что никакой успешный трейдер никогда не сделает. Не­умеренно позитивная убежденность, что следующие одна-две сделки по­вернут удачу в вашу сторону или даже позволят вам сделать маленькое со­стояние, наиболее опасная.

Теперь давайте вернемся к моей уверенности, что моя текущая сделка будет убыточной и что у меня нет никакого договора с Господом Богом об успехе этой сделки. Действительно, я искренне убежден, что рынок далеко не совершенен. Имейте в виду, что статистические данные в основном под­тверждают это: 75 процентов менеджеров взаимных фондов демонстриру­ют показатели не лучше, чем индекс Dow, a 80 процентов краткосрочных трейдеров просто-напросто теряют свой рисковый капитал. Что касается меня, то многие из моих собственных сделок не приносят деньги, и я могу с уверенностью спрогнозировать, что многие из ваших торговых операций также будут неудачными.

Ни одна из крупных потерь, которые у меня когда-либо были, а потерь я понес более чем достаточно, вовсе не была «ошибкой» рынка. «Они» (потери) никогда не досаждали мне. Я сам себе досаждал, веря, что моя те­кущая сделка будет прибыльной, и поэтому не следовал правилам игры.

Я согласен с теми, кто говорит, вы сильны настолько, насколько сильна ваша система убежденность, потому что эта убежденность дает вам силы действовать с большей уверенностью и меньшими колебаниями. Мы дей­ствуем исходя из того, во что мы верим: эта вера — сценарист пьесы нашей жизни.

 

 

 

 

Примите мою сторону и убедите себя, что текущая сделка, наиболее ве­роятно, не сработает, и тогда вы немедленно обеспечите себе защиту, по­ставив стопы (stops). Вы будете контролировать начало катастрофы и со­скочите в первую же спасательную шлюпку, а не пойдете на дно вместе с тонущим судном.

Примите мою веру, что текущая сделка, вероятнее всего, не сработает, и вы наверняка не будете влезать в торговлю, полагаясь, что она решит все ваши проблемы. Даже незначительное снижение котировок может стереть вас в порошок, если вы открыли очень крупную позицию или взяли слиш­ком большое число акций или контрактов.

Позитивная вера в будущие результаты заставляет нас идти на неумест­ный риск. Поступать так в игре, где шансы неблагоприятны с самого нача­ла, прямой путь к катастрофе.

Начало моей карьеры спекулянта

Я участвую в родео, потому что слишком ленив, чтобы работать, и слишком честен, чтобы, красть.

—Фреклз Браун, чемпион мира по родео

Моя карьера спекулянта началась в седьмом классе, когда парень по имени Пол Хайлэнд показал мне, сколько денег можно сделать, подбрасывая мо­неты на чет/нечет, если ставка — сверкающие серебряные доллары, кото­рые мы таскали в карманах наших джинсов. Мое детство в Биллингсе, штат Монтана, превосходная прелюдия к спекуляции. Я начал с подбрасывания четвертаков, конечно, часть денег потерял, но если я чему-то и научился в школе, помимо рисования и игры в футбол, так это тому, как сделать мно­го легких денег, играя на четвертаки и доллары.

Очень может быть, что все, что мне нужно было знать о спекуляции, я узнал в средней школе. Хотя на это потребовалось некоторое время, я в конце концов понял, что Пол и Верджил Маркум вытягивали мои деньги за счет командной игры. Один ставил на орла, другой — на решку, так что я не мог выиграть. Позднее они поделили доходы, а я получил свой первый урок манипуляции рынком.

Я не обратился к полиции или каким-либо другим представителям вла­сти. Я разобрался с этим сам и по сей день не доверяю бюрократам, кото­рые должны устранять подобную несправедливость. Они все равно этого не сделают, по крайней мере, не настолько быстро, чтобы успеть помочь вам или мне.

Джек Макаферти был самым крутым хулиганом в Биллингсе. Да что там: он был самым крутым хулиганом во всем штате Монтана, а это кое-что да значит, принимая во внимание количество ковбоев, чернорабочих и шах­теров, живших тогда в «Штате Сокровищ». Когда здоровый парень бьет вас по руке, вам больно. Когда Джек, который не был таким уж крупным, уда­рял по руке, было так больно, что мы переставали чувствовать свои руки. Он обладал невероятной силой, хорошо служившей ему в каждой отдель­ной драке, в которой я когда-либо его видел. Никто не решался приблизить­ся к нему. Драка стала его образом жизни, и позднее Джека убил лос-андже­лесский полицейский — согласно официальной версии — во время пресле­дования на шоссе. Правда, однако, в том, что Джек был настоящим дамским угодником и крутил шашни с женой этого полицейского.

Большинство ребят, вовлеченных в монетные спекуляции, не желали играть с Джеком. Обычно он расплачивался, отдавая вам свой четвертак, но если он отказывался, то что вам оставалось делать? Угрожать ему, что­бы он потом вышиб из вас дух? Вот и другой урок спекуляции: будьте ос­торожны при выборе своих деловых партнеров.

Много лет спустя я смог увеличить сумму на своем счете с $5,000 до бо­лее чем $40,000, торгуя по системе расчета цен на говядину, разработанной Ричардом Алмером (Richard Ulmer). Случилось это в брокерской конторе, принадлежавшей Джорджу Лэйну (George Lane), человеку, утверждающе­му, что он изобрел широко используемый Индекс стохастик (Stochastics Index). На самом же деле Джордж не изобретал стохастик, а я не получил свои $40,000 от брокерской конторы. Власти закрыли старину Джорджа, а непосредственно перед этим деньги с моего счета исчезли!

Другая истина, которую я познал благодаря Джеку, в том, что сильные люди не уважают слабых. Я достаточно долго терпел, что Джек нарушает свое слово, играя с нами в орлянку, и когда он в очередной раз решил за­жать мой четвертак, я изо всей силы врезал ему в живот. Удивленный, он уставился на меня и спросил: «Какого черта ты это сделал? Ты ведь зна­ешь, что я теперь тебе морду начищу».

Все, что я мог сказать, было: «Давай, бей, да только мне надоело, что ты нарушаешь правила. Я знаю, что ты с удовольствием переломаешь мне все кости, но это ничто по сравнению с тем наслаждением, которое я испыты­ваю от того, что дал тебе отпор».

Джек буркнул в ответ: «Мне это нравится, я тебя уважаю», вручил мне четвертак, который я только что выиграл, и ушел. После этого мы стали до­вольно близкими друзьями, но в орлянку никогда больше не играли.

Люди в Монтане работают много. Конечно, мой отец работал так же на­пряженно, как и другие, отдавая более 40 часов в неделю нефтеочиститель­ному заводу, да еще подрабатывая по выходным на нефтеочистительном заводе «Док Цинк». И как будто этого не было достаточно, по вечерам он допоздна читал книги, изучая электронику, чтобы быть еще полезнее для «Коноко» (Conoco), своего основного работодателя. Сочетание упорного труда и лояльности окупилось — он получил повышение.

Одно из преимуществ работы отца на нефтеочистительном заводе со­стояло в том, что летом его дети могли получить там работу, если они учи­лись в колледже. Я так и поступал, и это укрепило во мне желание не зани­маться тем, чем занимались эти люди — работой. Они работали долгие ча­сы, да еще по графику, который постоянно менялся. Одну неделю они приходили на работу к 3:30 дня, на следующей неделе — к 11:30 вечера, еще через неделю смена могла начаться в 3:30 или в 7:30 утра. В этих расписа­ниях не было ни логики, ни закономерностей, которые я мог бы понять. Все, что я видел, было бесконечными часами добровольного рабства на го­рячем, заполненном зловонием шумном нефтеочистительном заводе, где ничто не имело для меня смысла.

На заводе по очистке нефти, по-видимому, миллион клапанов, и я уверен, что все они открываются и закрываются одинаково. Моя проблема — я ни­как не мог понять, как делать правильно. Это удручало не только потому, что демонстрировало мою неспособность, но и потому, что все это задевало мое­го отца, знавшего всю эту механику наизусть. Действительно, не было такой механики, которую он не мог бы починить. Если бы мне пришлось подверг­нуться операции на сердце, я, скорее, доверился ему, а не врачу.

Отец знал, как строить (наш дом, изящную мебель для мамы), и знал, как чинить: отчасти, я уверен, потому что у нас просто не было денег опла­тить ремонт. Бедные люди развивают в себе больше навыков, чем богатые.

Моя нерасторопность стала предметом насмешек, особенно когда люди сравнивали меня с моим старшим братом, который, казалось, с рождения знал, что и как делается на нефтеочистительном заводе, и явно хорошо уживался со взрослыми людьми. Моя лень, подкрепленная желанием оста­ваться в одиночестве, и полная неспособность делать хорошо хоть что-ни­будь, кроме рисования, заставляли меня чувствовать себя не на своем мес­те. Моим первым шагом в стремлении обрести чувство собственного досто­инства было участие в спортивных состязаниях. Но это чувство самоутверждения возникало только во время игры. Я, бывало, лежал без сна в постели, мечтая и строя планы, как добиться лучшей жизни, размыш­ляя, как некоторые люди, владеющие большими домами, достигли успеха. Я не был удовлетворен, и я хотел вырваться на волю.

Игра в орлянку казалась вполне разумным занятием, но изготовление поддельных водительских удостоверений ($5 за каждое, свидетельства о рождении — по $20) оплачивалось намного лучше. Мои, пусть и ограни­ченные, художественные таланты приносили больше денег и позволяли ра­ботать самостоятельно. К этому добавлялась еще и здоровая доза риска. Мне нравилось осознавать, что я делаю что-то такое, что рядовой человек не мог или не захотел бы делать, и конечно же, я не собирался находить удовлетворение в том нудном существовании своего отца, которое видел в то время.

Мой папа делал все по закону и следовал всем правилам - за од­ним исключением.

Когда наступал охотничий сезон, правила выбрасывались в окно. Мы убивали достаточно оленей, антилоп и лосей, чтобы прокормить наше семейство в течение года. Мы использовали одни и те же оленьи бирки или лицензии по три или четыре раза. Я узнал, когда речь идет о выживании, правила не соблюдаются: люди, даже такие, как мой родитель должны ид­ти на риск. Что мне больше всего нравилось в тех охотничьих экспедици­ях: сама охота или риск быть пойманным с излишками оленины, рыбы или другой дичи? Я часто задумывался об этом. И то, и другое было по-своему волнующе — так неоднозначно начиналась моя карьера спекулянта.

Действительно хорошие спекулянты любят острые ощущения, они ищут их, это что-то вроде интеллектуальной лихорадки.

Возможно, именно поэтому я любил после школы продавать газеты на улицах или рождественские открытки и садовые семена, обивая пороги и предлагая их каждому, чтобы заработать денег на карманные расходы. Я рисковал, никогда не зная, удастся ли продать, но я имел шанс сделать довольно приличные деньги только благодаря тому, что я там появился, потрепал языком и показал товар.

Я достаточно насмотрелся тяжелого труда, чтобы осознать, что совсем его не жажду. Подобно наездникам родео, я был «слишком ленив, чтобы рабо­тать», и воспитан «слишком честным, чтобы красть». Поэтому такие вариан­ты, как поступление в колледж или запись на службу в ВМС после средней школы, представлялись правильным направлением, и именно к этому меня побуждали родители. Они всегда учили нас добиваться большего успеха, стремиться к более легкой жизни, а колледж был дверью в эту жизнь.

В 1962 г. я спросил кого-то, что означает в газете список «наиболее ак­тивных» акций. Я моментально попался на крючок, услышав ответ: «Ну, видишь, акции «General Motors» поднялись за день на 1 1/2? Если бы ты купил их вчера, то сегодня получил бы $150».

$150 за один день!

Ничего себе, это покруче, чем орлянка! В те годы $150 было больше, чем зарабатывали за неделю парни на нефтеочистительном заводе. Дело это ка­залось легким, а выигрыши просто ошеломляющие. У меня было только два вопроса: как начать и где я был все это время? Между мной и тем, что казалось легкими деньгами, мгновенно возникло влечение!

Это влечение привело к самому большому изменению в моей судьбе, подвело меня к тому, над чем с 1962 года я начал упорно работать почти ка­ждый день. В самом деле, единственное «свободное от рынков» время у ме­ня было, когда я участвовал в выборах в Сенат Соединенных Штатов в 1978 и 1982 гг. За исключением этих двух кратких перерывов я провел «в работе» каждый день своей жизни, что - я просто уверен — порадовало бы моего отца. Правда, это никогда не походило на работу на нефтеочисти­тельном заводе или там, где мне приходилось трудиться во время и после учебы в колледже.

Из своего опыта я знаю, в сердце успешного спекулянта можно найти три стимулятора: сильное желание сделать много денег, стремление про­явить себя и внутреннее недовольство существующим положением вещей. Неугомонность и неутомимость, пожалуй, тоже важные черты характера спекулянта. Хотя большинство людей стремятся к равновесию в своей жизни, я никогда не находил это очень здоровым — ни одно великое дости­жение не сделано полностью нормальным человеком. Иногда я думаю за­жить более размеренной жизнью. Но подобная мысль обычно длится пару секунд. Я думаю, моя неутомимость никогда не пройдет, но если мой образ жизни что-нибудь нам и говорит, так это то, что именно неугомонность раздувает пламя внутреннего огня спекулянта.

Я, вероятно, торговал бы на фьючерсных рынках, не стремясь при этом получить прибыль, если это «доказало бы» мою ценность миру, давней подружке, моим родителям, брату или даже кому-то, кого я не могу выде­лить или раскопать в своей памяти. Сказать, что я эгоцентричен, наверно, правильно, но это — не ради хвастовства, а ради доказательства, что я могу преодолевать трудности.

Ради того, чтобы весь мир узнал, что я нашел путь на волю.

Если эти слова находят отклик в вашей душе, пристегните ремни — вы отправляетесь в поездку всей вашей жизни.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

Наведение порядка в краткосрочном хаосе

Есть два главных способа, с помощью которых мы делаем деньги при торговле фьючерсами: ловля большого ценового движения маленькой по­зицией или при большой позиции ловля маленького движения.

—Билл Михан

Если то, что я написал до сих пор, совместимо с вашими спекулятивными це­лями, пришло время узнать, как работают рынки. Спекуляция — торговля цен­ными бумагами и товарными фьючерсами — занятие не для каждого. Может быть, и не для вас. Иной раз я и сам задавался вопросом: а мое ли это дело!

Как я узнал, что такое рынок

Моя карьера трейдера началась в Портленде (штат Орегон), где я познакомил­ся с брокером из Merrill Lynch, который решил, что вместе мы могли бы сде­лать неплохие деньги. Он был наполовину прав, нам повезло немедленно. Он сделал хорошие деньги на комиссионных, а я потерял деньги. Более того, день­ги были не мои — человек, с которым я раньше никогда не был знаком, попро­сил, чтобы я инвестировал их. Задним числом я понимаю, что это первое по­ражение было для меня более чем удачным — оно изменило всю мою жизнь.

Тот случай укрепил мое желание изучить бизнес, ведь в конце концов, если было так легко потерять, можно легко и выиграть, верно? Мой брокер,такой же новичок, как и я, и на самом деле едва ли мог что-либо посовето­вать или предложить. Его понимание рынка состояло в том, что нужно по­купать хорошие акции и держать их (блестящее понимание), но мое стрем­ление (или желание) состояло в том, чтобы делать деньги, ловя кратко­срочные рыночные колебания. Так началось мое обучение мастерству краткосрочного трейдера.

У меня не было учителей, я не знал других трейдеров, поэтому для ре­шения своих проблем я, естественно, обратился за помощью к книгам — по той же причине и вы купили эту книгу. По словам авторов, дело было совсем не сложным. Я прочитал классическую работу Джо Грэнвилла (Joe Granville) по техническому анализу, и начал накапливать ежедневные данные о ценах акций (открытие, максимум, минимум, закрытие), а также индикаторов, которым, если верить Джо, мы должны следовать. Прежде чем понял, что пытаясь обставить Уолл-Стрит в погоне за деньгами, пол­ностью поглощен рынками и трачу по 5—6 часов каждый вечер, включая все уик-энды, я начал терять свою семью.

Моя первая жена, Элис Фетридж (Alice Fetridge), став «вдовой чарти­ста», все еще продолжала поддерживать мое увлечение. Со временем мы переехали из Портленда в Монтерей, Калифорния. Мы оба работали, а я еще и учился, пытаясь все-таки получить свой диплом юриста. Я даже сдал «детский экзамен на адвоката» (тест для студентов вечерней и заочной формы обучения). К тому времени, однако, я в значительной степени охла­дел к профессии юриста, особенно после того, как поработал на одного из них. Я думал, быть адвокатом — значит, находясь в суде, спасать человече­ские жизни. Действительность же состояла в том, что приходилось иметь дело со сбором денег по судебным постановлениям, поиском должников-неплательщиков и представлять интересы разных мерзавцев и отъявлен­ных преступников. Это было слишком далеко до биржевой торговли.

К счастью, в Монтерее я встретил двух брокеров, подобно мне составляв­ших диаграммы. Джо Миллер (Joe Miller) и Дон Саутард (Don Southard) вскоре стали обмениваться со мной историями биржевых сражений, обучая тому, что сами знали о рынках. Все мы были большими поклонниками рабо­ты Грэнвилла, посвященной балансовому объему (On Balance Volume, OBV), и вели диаграммы OBV по 30-50 отслеживаемым нами ценным бума­гам. Я также начал вести скользящие средние: другой инструмент, описан­ный во всех книгах того времени, как, впрочем, и сегодня.

Моя торговля ценными бумагами уже стала иметь некоторый успех, но что ускорило мою карьеру, так это книга Джила Холл ера (Gil Haller) под скромным названием «Теория Холлера» (Haller Theory). Я многое уз­нал о ценных бумагах и спекуляциях из этой книги. Потом познакомился с Джилом лично и по сей день высоко ценю поддержку и содействие, кото­рые он оказал мне. Концепция Джила состояла в покупке акций, уже зна­чительно продвинувшихся вверх. Теперь эта методология используется фондами для покупки так называемых «импульсных акций» (momentum stocks). Холлер проделывал все это еще в 1964-м, зарабатывая этим себе на жизнь. Однако он жил не так, как хотелось бы мне! Его столом была старая дверь, положенная на обугленные блоки, писал он на обороте писем, полу­ченных от других людей. Джил не был жмотом, он лишь бережливо отно­сился к расходам, скрупулезно подсчитывая и экономя каждый пенни.

В конечном счете я начал представлять себе теорию работы рынков. В коротких временных промежутках рыночные цены скачут вверх/вниз, перемещаясь выше и ниже точки равновесия, которую я мог бы назвать «средней» ценой. Моей целью стало определить, когда цена становится чрезмерно низкой, а потому должна начать двигаться обратно, к своей средней величине. Это подразумевало, что мне нужно было идентифици­ровать чрезмерное удаление цены от ее усредненного значения, а затем иметь что-то, что сообщило бы мне о завершении этого движения и о на­чавшемся возврате назад, к средней цене. Поскольку все это казалось та­ким легким, я уверовал, что должна быть какая-то общая теория или код, расшифровывающий, как же все это происходит. Я полагал, что должен су­ществовать некий бесспорный основной путь, по которому рынок, более того, все рынки, перемещаются из пункта «А» в пункт «В».

Что я в конечном счете выяснил, так это то, что этот начальный тезис оказался правильным: рынки движутся по определенному пути. Хорошая новость — это когда есть некая закономерность в движении цен из точки «А» в точку «В». Плохая новость — когда эта закономерность неточная. Однако в поведении цен существует некое подобие порядка подобно ино­странному языку, он может быть изучен. Потребовалась большая часть мо­ей жизни, чтобы понять основы языка, на котором говорит рынок, и я бо­лее чем счастлив помочь вам научиться пользоваться моим волшебным расшифровывающим кольцом.

Графическое представление рынка

Если вы уже начали изучение рынков, то знаете, это мир изображений, где преобладают графики. Как показано на рисунке 1.1, обычные графики представляют цену открытия каждого дня горизонтальной чертой на левой стороне каждого бара, а цену закрытия — горизонтальной чертой на правой стороне бара. Самая верхняя точка бара отражает самую высокую цену, до­стигнутую ценной бумагой или товаром в течение дня, в то время как осно­вание бара представляет, наоборот, самую низкую цену, по которой товар торговался в этот день.

Цена открытия, как вы увидите позже, наиболее важная цена дня. Я обосновал это понятие вместе с Джо Миллером, Доном Саутардом и Куртом Хупером (Curt Hooper), аспирантом военно-морской академии, который в 1966 г. первый из тех, с кем я когда-либо работал, использовал компьютер для получения ответов на поставленные рынком вопросы.

Рисунок 1.1 Типичный график, показывающий цены открытия, закрытия, максимумы и минимумы

В то время, как мы были увлечены OBV, нам хотелось получить более на­дежную формулу, и как только мы узнали, что первоначальная концепция OBV разработана двумя ребятами из Сан-Франциско Вудсом и Вайнолиа (Woods and Vignolia), мы решили, что могли бы найти лучший подход.

Когда мы начинаем строить ежедневные движения цен в виде баров на гра­фике, возникает проблема их прочтения, часто порождая в голове хаос. Графи­ческие представления поведения цен на протяжении многих лет «читались» людьми, называющими себя «чартистами». Вообще говоря, до начала 1980-х чартисты были нужны нам примерно так же, как безработный шурин.

Эта братия кропотливо изучила структуры графиков, обнаружила ти­пичные фигуры и дала им названия, например, клин, голова и плечи, вым­пел, флаг, треугольник, W-основание и М-вершина, 1-2-3-конфигурация. Предполагается, что эти фигуры отражают борьбу спроса и предложения. Некоторые фигуры указывают на продажу, другие — на процесс покупки профессиональными операторами. Потрясающий материал, но неправиль­ный. В точности такие фигуры можно найти и на графиках, не имеющих в своей основе фактора спроса/предложения.

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 1.2 Выпадение орла/решки при подбрасывании монеты на кумулятивной основе.

Рисунок 1.2 показывает график 150 подбрасываний старого серебряно­го доллара, и эта кривая очень напоминает диаграмму цен на свинину. А рисунок 1.3 — что это, график температуры или цены на сою? Кто знает? Что мы знаем, так это то, что графики с нанесенными на них нерыночными данными выглядят точно так же, как и диаграммы поведения ценных бумаг и товарных фьючерсов, и производят те же самые типичные фигуры, кото­рые, как предполагается, подают сигналы на покупку и продажу. Я хочу, чтобы вы с умом подходили к фигурам на диаграммах и оценивали их очень критично.

Чартисты стали называться «техническими аналитиками», заставив га­дать по графикам компьютеры. Компьютеры сделали чартистов солиднее, помогли им выглядеть респектабельнее, подобно ученым. И действитель­но, появилось много книг с названиями типа Новая наука... или Научный подход к... Есть ли настоящая наука в этом безумии?

Честно говоря, я думаю, нет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 1.3 Ценная бумага? Нет, ежедневная температура: максимальная, минимальная задень и последнее показание термометра.

Цены не пляшут под дробь волшебного барабана, спрятанного в тайни­ках шикарной нью-йоркской квартиры и отбивающего ритм, понятный лишь нескольким посвященным. Цены скачут сами по себе, и наши диа­граммы становятся беспорядочными, потому что на человеческие эмоции влияют новости и брокеры со своими намеками о предстоящем немедлен­ном буме или обвале.

Неслучайный рынок

Цены на товарные фьючерсы в основном ведут себя как пьяный моряк, блуждающий по улице без малейшего представления куда и откуда он идет. Математики сказали бы, что нет никакой корреляции между про­шлым поведением цен и будущими трендами.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

И они были бы не правы: некоторая корреляция существует. Хотя тот пьяный моряк шатается туда-сюда и, казалось бы, движется неуправляемо, можно найти ключ к пониманию его безумного поведения. Он пробует дойти куда-то, и как правило, мы можем выяснить, куда.

В поведении цен присутствует большая доля хаотичности, но оно (по­ведение) далеко от полностью случайного. Если я не смогу доказать это прямо сейчас, в начале этой книги, следующие главы можно смело посвя­тить изучению, как метать дротики. В случайной игре метатель дротиков обставит экспертов.

Начнем со следующего: если мы подбросим монету 100 раз, 50 раз она упадет орлом и 50 раз — решкой. При каждом очередном броске существу­ет 50-процентная вероятность, что выпадет орел, и такая же вероятность, что выпадет решка. Если, скажем, орел выпал два раза подряд, и мы броса­ем снова, шансы, что опять выпадет орел, по-прежнему остаются 50/50. Как вы, вероятно, слышали, монета, игральная кость или колесо рулетки не имеют памяти. Шансы не меняются, поскольку это случайная игра.

Если бы это было справедливо для рынка и цены закрывались бы с повышением в 50 процентах случаев, то после каждого закрытия мы ожидали бы, что и впредь закрытия будут происходить с повышением в 50 процентах случаев, причем эта 50-процентная вероятность распро­странялась бы на каждый последующий отрезок времени. То же самое относится и к закрытию с понижением: в 50 процентах случаев после за­крытия вниз мы должны были бы увидеть повторение; точно так же в 50 процентах случаев после повторного закрытия вниз мы наблюдали бы третье закрытие с понижением. Однако в реальном мире торговли дело обстоит не так, что может означать только то, что поведение цен не полно­стью случайное!

 

 

 

 

 

 

 

Таблица 1.2

Количество закрытий с повышением после однократного закрытия вниз; Количество закрытий с повышением после двукратного закрытия вниз

 

 

Количество за­крытий вверх

 

Количество за­крытий вверх

 

 

после одно-

 

после двукрат-

 

Товарные

кратного за-

 

ного закрытия

 

фьючерсы

крытия вниз

%

вниз

%

Свинина

3,411

55

1,676

55

Хлопок

1,414

53

666

55

Соя

3,619

56

1,612

56

Пшеница

3,643

53

1,797

55

Британский фунт

2,672

57

1,254

56

Золото

2,903

58

1,315

55

Никель

920

56

424

60

Евродоллар

1,598

59

708

56

Бонды США

961

54

446

52

Standard & Poor's

1,829

55

785

53

500

 

 

 

 

в среднем

 

55.8

 

55.2

В таблице 1.1 показаны процентные доли цен закрытия с повышением на самых различных рынках. Какие-либо критерии не использовались, и компьютер просто покупал при открытии ежедневной торговой сессии и продавал при ее закрытии. Вместо результата 50/50 мы получили неболь­шое отклонение: в 53.2 процента всех случаев цена закрытия оказалась вы­ше, чем цена открытия. Этого не должно было быть.

Что ж, если этого «не должно было быть», то как насчет покупки при от­крытии сессии после закрытия с понижением? Теоретически мы должны были бы увидеть тот же самый процент закрытий с повышением, показан­ный в таблице 1.1. Проблема, однако, в том (для профессоров колледжей и других академиков, богатых на теории и бедных на знания рынка), что это­го не получается. Таблица 1.2 показывает число раз, когда цены закрыва­лись выше после ряда закрытий вниз.

Для трейдера это не бог весть какая новость. Мы знаем, что понижения рынка подготавливают ралли. Точные проценты не были известны в про­шлом, и я никогда не стал бы использовать эти таблицы, чтобы закрывать или оставлять позицию. Не в этом дело: мы должны были наблюдать сред­нее число закрытий с повышением примерно на уровне 53,2 процента пос­ле однократного, а также двукратного последовательного закрытия с мину­сом. То, что мы не видим этого в действительности, объясняется тем, что рынок не случаен: фигуры действительно «предсказывают», и теперь мы можем продолжать, обходясь без метания дротиков.

 

 

 

 

Понимание рыночной структуры

В то время, как чартисты придумали странные названия почти для каждо­го движения и колебания рынка, они, похоже, пропустили самое главное свойство рынка, а именно, цена (представленная ежедневными барами, у которых вершина бара указывает самую высокую цену сделок в этот день, а основание бара — самую низкую цену сделок) движется строго опреде­ленным и почти механическим образом. Это все равно, что учить новый ал­фавит — как только вы научитесь понимать буквы, вы сможете читать сло­ва, а как только вы узнаете слова, сможете читать текст.

Первая «буква», которую вам необходимо выучить, указывает, какая рыночная активность приводит к формированию краткосрочных максиму­мов или минимумов. Если вы поймете этот основной момент, вам станет понятен и смысл всей рыночной структуры.

Я могу определить минимум краткосрочного рынка следующей про­стой формулой: каждый раз, когда появляется дневной минимум с более высокими минимумами по обе стороны от него, этот минимум краткосроч­ный. Мы знаем это, потому что изучение поведения рынка показывает, что цены опускались в день к минимуму, затем не смогли пройти ниже и раз­вернулись вверх, отметив этот окончательный минимум как краткосроч­ную наименьшую величину.

Наибольший максимум краткосрочного рынка — то же самое, только наоборот. Здесь мы будем наблюдать максимум с более низкими максиму­мами по обе стороны от него. Это говорит о том, что цены поднялись до вершины в середине дня, затем начали двигаться вниз, и в процессе движе­ния сформировался краткосрочный максимум.

Сначала я называл эти краткосрочные изменения «окруженными» ringed») максимумами и минимумами из уважения к работе, проделан­ной в 1930-е годы Генри Вилером Чейзом (Henry Wheeler Chase). Ранее, до появления компьютеров, мы вели журналы цен, и для идентифицика-ции такого завершения движения просто обводили кружком эти точки в наших рабочих тетрадях, чтобы легче их находить.

На рисунке 1.4 показано несколько краткосрочных максимумов и мини­мумов. Давайте теперь внимательно рассмотрим, что означает этот график.

Если вы понимаете эту концепцию, мы можем начинать строительный процесс сбора этих элементов. Вы, возможно, уже уловили последователь­ность: рынок колеблется между краткосрочными максимумами и кратко­срочными минимумами. Это потрясающе: мы можем фактически измерять движение рынка механическим и автоматическим образом. Нет никакой нужды в использовании сложной терминологии чартистов, тем более не будем уходить в иллюзорный мир чартистов или технических аналитиков.

Два определенных типа торговых дней могут вызвать путаницу в на­шем основном определении. Во-первых,

Рисунок 1.4 Фунт стерлингов (ежедневные бары). График создан програм­мой «Navigator» (Genesis Financial Data Services: 800-808-3282).

существует то, что мы называем внутренний день (inside day). Он назван так потому, что вся торговля в этот день происходит внутри диапазона предыдущего дня. Эти дни отличаются более низким дневным максимумом и более высоким дневным минимумом. При изучении девяти главных товарных фьючерсов на протяжении 50,692 торговых сессий я отметил 3,892 внутренних дня, что позволило мне пред­положить, что эти дни появляются приблизительно в 7.6 процента случаев.

Для наших целей при идентификации краткосрочных точек разворота (swing points) мы просто игнорируем внутренние дни и производимые ими возможные краткосрочные точки разворота. Внутренний день означает, что рынок вступил в стадию перенасыщения, текущее движение далее не получило своего развития, но и направление движения не изменилось. Та­ким образом, пока эта ситуация не разрешилась, мы должны ждать и не ис­пользовать внутренний день в нашем процессе идентификации.

Кроме того, у нас есть внешние дни (outside days). Эти дни легко опре­делить — они имеют и более высокий, чем в предшествующий день, максимум, и более низкий минимум! Когда случаются такие дни (а они бывают приблизительно в трех процентах случаев), нам нужно изучить поток цен на протяжении этого дня, обращая внимание, куда движется цена между открытием и закрытием этого же дня. В уже упомянутом исследовании 50,692 торговых сессий было 3,487 внешних дней, что позволило предполо­жить, что они не столь часты, как внутренние дни, но все же составляют почти 7 процентов от всего количества торговых дней.

Не упуская из памяти этой информации, обратите внимание на рису­нок 1.5, на котором отмечены внутренние и внешние дни. Помните, наша цель — идентифицировать краткосрочные колебания в процессе того, как трейдеры двигают цену от одной крайней точки к другой.

К этому времени вы уже должны понять основную идею и научиться определять, как цены двигаются вверх и вниз. На рисунке 1.6 я отметил предельные точки (terminal points) колебаний и провел прямую линию от точки к точке, чтобы показать типы колебаний.

Определение промежуточных максимумов и минимумов

А теперь самое интересное! Смотрите: если мы можем выделить кратко­срочный максимум, определив его как день с более низкими максимумами (не учитывая внутренние дни) с обеих сторон, мы можем сделать гигант­ский шаг вперед и определить среднесрочный максимум (intermediate term high) как какой-либо краткосрочный максимум, с более низкими кратко­срочными максимумами по обеим сторонам. Но это еще не все, потому что мы можем сделать еще один шаг и сказать, что любой среднесрочный мак­симум с более низкими среднесрочными максимумами с обеих сторон — вижу, вы уже поняли, — образует долгосрочный максимум (long-term high).

Всего лишь в одном параграфе мы смогли определить три доминанты рыночных колебаний, характеризующих краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные движения. Идентификация рыночных минимумов осущест­вляется точно так же: сначала находим день с более высокими минимума­ми с обеих сторон — это краткосрочный минимум. Затем находим кратко­срочный минимум с более высокими краткосрочными минимумами, нахо­дящимися по обе стороны, и получаем среднесрочный минимум. Найти долгосрочный минимум так же просто — это любой среднесрочный мини­мум с более высокими среднесрочными минимумами с обеих сторон.

Пора изобразить все это графически. На рисунке 1.7 я отметил все крат­косрочные колебания, затем — среднесрочные точки и, наконец, перешел к следующему уровню и отметил долгосрочные поворотные точки. Эта диа­грамма говорит все сама за себя. Это действительно все, что происходит на рынке, выраженное в простой форме. Если вы взглянете на это теперь, когда вы приобрели некоторые знания, то поймете структуру рынка и уви­дите, что мы можем в значительной степени упорядочить хаос.

 

 

 

Рисунок 1.5 Свинина (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

Не забывая о вышесказанном, я переместился от типовой диаграммы к реальным графикам швейцарского франка и кофе (см. рисунки 1.8 и 1.9). В первую очередь я отметил все краткосрочные колебания, а затем начал наносить, согласно фигуре, максимальные/минимальные краткосрочные точки. Затем я идентифицировал следующую группу максимальных/ми­нимальных среднесрочных точек и, наконец, перешел к долгосрочным точ­кам. На словах все звучит замечательно, но пока вы не изучите эти диа­граммы, вам будет трудно представить правильную картину. Поупражняй­тесь.

Почему это важно

Как только у вас появится это основополагающее понимание структуры рынка, вы сможете начать определять, причем очень рано, рыночные пово­роты. Вы всегда будете знать, что краткосрочный минимум достигнут, когда увидите более высокий дневной максимум с более низким миниму­мом, чем в предшествующий день.

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 1.6 Свинина (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 1.7 Построение графиков упорядочивает хаос.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 1.8 Швейцарский франк (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 1.9 Кофе (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

По характеру этого прохождения мы знаем, что краткосрочное колебание вниз закончилось. По той же схеме всякий раз, когда цена снижается ниже дневного минимума с более высо­ким максимумом, чем в предшествующий день, формируется краткосроч­ный максимум. Это означает, что мы можем знать прямо в течение торго­вой сессии, когда возникают эти точки.

Как краткосрочные трейдеры мы также можем определить, когда обра­зуются среднесрочные максимумы и минимумы. Как? Просто: если фор­мирование краткосрочного максимума подтвердит среднесрочный макси­мум, подтверждающий в свою очередь, долгосрочный максимум, мы смо­жем входить в рынок в самые оптимальные поворотные моменты.

Рисунок 1.10 Свинина (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Рисунок 1.10 показывает, как все это может быть объединено. При дви­жении выше дневного максимума, отмеченного в точке (А), мы определи­ли формирование краткосрочного минимума, который находится выше предшествующего краткосрочного минимума. Это означает, что минимум в точке (В) долгосрочный, и мы можем покупать в начале направленного вверх движения, являющегося частью долгосрочного движения вверх.


 

Речь идет о соединении воедино всех сведений о колебаниях, о помеще­нии всех частей головоломки на свои места, чтобы понять структуру ры­ночной активности. Вся прелесть в том, что вы теперь можете определить всегда и для всех рынков, направлен ли тренд (основанный на ценовой структуре) вверх или вниз, и выбрать точки входа и выхода.

На протяжении многих лет я очень хорошо зарабатывал себе на жизнь только за счет формирования этих точек в качестве сигналов для покупки и продажи. Эти точки — единственно действительные уровни поддержки и сопротивления, которые я когда-либо находил. Они очень важны, и нару­шение этих ценовых уровней важная информация о развитии тренда и из­менениях в нем. Поэтому я могу использовать их для расстановки стопов (stop-loss protection) и методов входа в рынок.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

Вопрос цены и времени

Подобно кругу в квадрате Движется цикл за циклом

Колесо в колесе

Несущийся синкопированный звук

Рождает циклы, кажущиеся Призрачными огнями в нашем сознании.

Все, что вам нужно знать о циклах

Наши диаграммы — это запись поведения цен на протяжении какого-то пе­риода времени, где горизонтальная линия показывает время, а вертикальная — цену. Вся школа технического анализа посвящена изучению времени, на­блюдению за циклами. Эти мыслители считают количество минут, часов, дней, недель, месяцев и лет между точками максимумов и минимумов в по­исках некоего главного временного цикла, который мог бы предсказать, ко­гда цена поведет себя в будущем так, как она вела себя в прошлом. Будучи довольно медлительным учеником (впрочем, разучиваюсь я еще медленнее), я потратил почти 15 лет моей жизни, пытаясь понять эти временные циклы. Я по-прежнему убежден, у рынка есть циклы, собственно, три цикла, но это не временные циклы. Суть проблемы временных циклов в том, что в ка­ждый данный момент времени нам кажется, что мы сможем легко увидеть на нашем графике прямо сейчас текущий, или доминирующий, цикл. Вся беда в том, что в каждый последующий момент времени доминирующим готов стать любой другой цикл, пересилив тот, который мы только что идентифицировали и в который вложили деньги.

Наша первая проблема выяснение господствующих циклов, если тако­вые циклы вообще имеются, но они изменяют свое направление чаще, чем политик в погоне за голосами избирателей. В 1960-х и в начале 1970-х су­ществовала надежда, что соединение изощренной математики с мощными компьютерами решит проблему выявления главного цикла. Однако и сего­дня решение этой задачи все еще впереди. Поэтому невозможно сказать, на какой, черт возьми, цикл мы должны делать наши ставки в тот или иной момент времени. Но еще большую проблему представляет собой проблема величины движения.

Циклисты имеют дело исключительно со временем. Но попробуй-ка най­ти банкира, который позволит внести на счет дни, недели или месяцы! Я имею в виду, что циклист может докопаться до определения рыночного ми­нимума — скажем, 18-летнего минимума, но цена может и не пойти от него резко вверх, а будет с трудом карабкаться по той вертикальной шкале долла­ров, определяющей размер вознаграждения в этой игре. В теории, идентифи­кация крупного цикла как минимума или максимума, если бы вам действи­тельно удалось сделать это, вызвала бы движение некоторой величины. Но в реальном мире, где я живу и торгую, такое редко случается, гораздо чаще цикл быстро сходил на нет. Несомненно, цена останавливалась там во време­ни и болталась примерно на одном месте на протяжении нескольких дней или недель, но не было достаточной ценовой величины для извлечения прибыли.

Я докажу свою точку зрения на примере фактического изучения ценовой активности в прошлом. На рисунке 2.1 показаны результаты испытаний сис­темы выбора времени на примере сои. Я запустил свой компьютер, запро­граммировав его покупать, когда краткосрочная скользящая средняя (moving average) цены превысит скользящую среднюю более длительного периода. Это стандартный прием технического анализа. Единственной переменной было время, число дней в скользящей средней. Таким образом, эта схема под­вержена воздействию цикла. Скользящая средняя — это просто средняя цена закрытия за «N» дней. Нет никаких других переменных, только время.

Наш первый тест проводился на ценах на сою за период с 29/4/75 по 1/1/87 и охватывал всевозможные комбинации краткосрочной средней от 5 до 50 дней с более долгосрочной (второй) средней от 10 до 60 дней. Луч­ший результат за рассматриваемый временной период был достигнут при использовании 5-дневных средних против 25-дневных средних. Эта осно­ванная на времени «система» сделала $40,075, получив 54 прибыльные сделки из общего количества 153. Неужели мы наконец-то открыли маши­ну, делающую деньги?

 

 

Рисунок 2.1 Тест системы выбора времени.

Рисунок 2.2 Что могло бы случиться.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 2.2 демонстрирует, что было, если бы мы торговали по этой си­стеме с 1/1/87 по 23/4/98. Результаты совсем не обнадеживают. В то вре­мя, как наша точность (31 процент прибыльных из 163 сделок) улучшилась, мы фактически потеряли деньги, а именно: $9,100, причем по ходу де­ла проседали (на сколько система уходила в минус, прежде чем вернуться к положительным показателям) на $28,612. Вложить $28,612, чтобы поте­рять $9,100 — едва ли это можно назвать хорошей ставкой! Средняя при­быль по сделке $-55. Что же случилось с первоначальным циклическим или временным влиянием? Поди, пойми!

Начав все сначала, я проверил, какие две скользящие средние работали лучше всего во втором периоде, с 1/1/87 до 23 апреля 1998 г. (см. рисунок 2.3). Лучшее сочетание оказалось у 25-дневной скользящей средней про­тив 30-дневной. Это принесло $34,900 с хорошей точностью в 59 процен­тов. Эта система делала $234 на сделку и имела проседание в $13,962. Это тоже неважная ставка.

Применение этой лучшей в наборе системы к более ранним данным привело к потере $28,725, как показано на рисунке 2.4. Позднее ли, раньше ли, время, длина или цикл скользящих средних, которые работают в одном периоде времени, не работают в другом.

«Возможно, — засомневаетесь вы, — проблема не в том, что время не ра­ботает, а в том, что соя недостаточно следует тренду».

 

Рисунок 2.3 Тестирование другого периода времени.


 

Давайте тогда рассмотрим лучший результат исследования системы пе­ресечения скользящих средних на фунте стерлингов, этом очень подверженном тенденциям рынке. С 1975 по 1987 гг. лучшей системой пересече­ния оказалась 5-дневная средняя в комбинации с 45-дневной, сделавшая весьма внушительные $135,443.

На протяжении последующего временного периода — с 1987 по 1997 гг. — та же система сделала неплохие деньги — $45,287, как показано на рисунке 2.5, но перенесла проседание в $29,100! Не больно-то заманчивая ставка. Луч­шим вариантом системы пересечения при использовании этого набора 10-летних данных оказалась комбинация 20/40, принесшая $121,700, но беда в том, что система сделала лишь $26,025 в первом периоде времени, к тому же просев на $30,000. Извините, но проблема не в сое или фунте, а в том, что исследования, основанные на временном факторе, просто не срабаты­вают. Использование времени как исключительного аргумента для приня­тия решений при спекуляциях на рынке — один из самых верных извест­ных мне путей попасть в богадельню.

Я неоднократно проводил такие исследования на различных временных отрезках при сильно различающихся исходных данных и пока еще не ви­дел, чтобы лучший результат одного цикла хотя бы близко напоминал луч­ший результат другого цикла.


Рисунок 2.4 Применение лучших результатов.


Мой вам совет: забудьте о временных циклах — это всего лишь призрач­ные огоньки Уолл-Стрита.

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 2.5 Использование этой системы для последующего временного периода.

Существуют циклы (возможно, это фигура) движения цен, которые вы можете быстро увидеть на любой диаграмме, в любой временной структу­ре, на любом рынке, в любой стране мира, где я торговал. Стоит вам понять эти фигуры, и вы сможете лучше улавливать, куда наиболее вероятно пойдут цены.

На протяжении долгих лет я определил и идентифицировал три цикла и теперь называю их: (1) малый диапазон/большой диапазон (small range/large range); (2) скользящие закрытия внутри диапазонов (moving closes within ranges); (3) закрытия, противоположные открытиям (closes opposite openings).

Пришло время вашего первого урока чтения графиков, и мы начнем с изучения, как изменяются диапазоны. Когда я говорю о диапазонах, то имею в виду все расстояние, пройденное ценной бумагой или товаром за день, не­делю, месяц, год — это может быть даже одна минута. Думайте о диапазоне как о дистанции, пройденной ценой в любой исследуемый вами период вре­мени. Вы узнаете, что правила работают для всех трех циклов одинаково хо­рошо в любых временных масштабах. Открытые мной правила универсаль­ны как для рынков, так и для временных периодов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Естественный цикл изменения диапазона

В любой данный день диапазон цены товара может делать все, что угодно. Именно это доставляет так много проблем чартистам. Но в любом периоде времени, который вы пожелаете изучить, вы заметите четкую, точную со­звучность в поведении диапазонов. Во все времена на всех рынках диапа­зоны колеблются — и это очень важно — от серии малых диапазонов к кла­стеру больших диапазонов.

Цикл продолжает повторять себя из года в год; за малыми диапазонами следуют большие диапазоны, за большими диапазонами следуют малые диа­пазоны. Это как часовой механизм и в нем основной ключ к прибыльной краткосрочной торговле.

Этот, казалось бы, очевидный цикл так силен и важен для нас, потому что спекулянтам нужны изменения цен, чтобы делать деньги. Чем больше изменения, тем больше потенциал для извлечения прибыли. Если измене­ния цен нет или оно невелико, спекулянт как бы застревает на месте, так как цена не следует тренду.

Именно поэтому краткосрочным трейдерам так нужны взрывные цено­вые движения за несколько часов или дней. Без этого мы будем просто увя­дать, как виноградная лоза. Понятно вам это? Надеюсь, что да, потому что начинается самая увлекательная часть. Дело в том, что обычно неинфор­мированную публику привлекает на рынок большое изменение цен. Эти люди ошибочно полагают, что происходящее сейчас на рынке большое из­менение цен будет продолжаться.

Но теперь-то вы знаете характер рынка лучше.

Большие диапазоны чаще всего сменяются малыми диапазонами. Ваша цель — открыть позицию перед большим изменением цен. Классический сценарий игры неудачника — понаблюдав рынок, разогретый большими диапазонами в течение дня или двух, влезть в него как раз перед боковым движением или движением внутри предыдущего диапазона. Большинство краткосрочных трейдеров — неудачники. Причина в том, что они бегают от одного горячего рынка к другому, не имея ни малейшего понятия о том, как, движется шатающийся пьяный моряк и как движутся цены по вели­ким просторам своих графиков.

С другой стороны, мы, будучи хорошо осведомленным меньшинством иг­раем в прямо противоположную игру. Мы ищем рынки, в прошлом волатиль-ные и известные своими большими дневными диапазонами, но в последнее время создающие лишь небольшие дневные диапазоны. Мы знаем, что день большого диапазона на таком рынке не заставит себя ждать слишком долго!

Вы можете устранить безумие графиков, затаившись вне игры, осто­рожно ожидая, пока диапазоны не истощатся и не сойдут на нет. Как толь­ко эта часть естественного цикла почти закончена, наступает время для краткосрочного фейерверка.

 

 

 

Точно так же дни больших диапазонов говорят нам, что мы можем ско­ро погрязнуть в трясине малых диапазонов, где мы не сможем делать день­ги. Это, конечно, не то время, которое привлекательно для нас. Позвольте мне доказать этот пункт, обратившись к нескольким графикам. На рисун­ке 2.6 показаны цены на золото с сентября 1997 по январь 1998 г.

Окажите сами себе большую услугу. Отметьте все дни с большими диа­пазонами, которые вы увидите за указанный период времени. Затем изучи­те размер диапазонов непосредственно перед этими взрывными днями. Ви­дите ли вы то, что вижу я? Мы получали достаточно ясные предупрежде­ния практически о каждом дне с большим диапазоном в виде сжатия диапазона несколькими днями ранее.

Вуаля! Мы находимся на пороге главного открытия, касающегося пове­дения рынка. Я знаю — я еще не сказал вам, как понять, в каком направлении пойдут эти диапазоны, но не забегайте вперед. Пока изучайте каждый гра­фик, какой можете, чтобы запечатлеть в своем мозгу, в самом вашем духе спекулянта первую неоспоримую краткосрочную правду рынка:


Рисунок 2.6 Цены на золото на Сотех (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Маленькие диапазоны порождают большие диапазоны. Большие диапа­зоны порождают маленькие диапазоны.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Взгляните на рисунок 2.7, всегда показывающий волатильный индекс S&P 500 за октябрь 1991 — январь 1992. Возьмите карандаш и отметьте на диаграмме дни с самыми маленькими диапазонами, а затем обратите вни­мание, что следовало вскоре после них: день с большим диапазоном или два, или даже три дня, затем — сокращение диапазонов... От маленького к большому, от большого к маленькому — и снова, и снова, как это и было всегда. И всегда будет.

Наш следующий урок спекулятивной техники будет по кофе (рисунок 2.8), подвижному рынку, предлагающему готовые возможности трейдеру, понимающему, где спрятана истина. Снова отметьте дни с маленькими ди­апазонами, затем наблюдайте, что за этим следует: это дни с большими ди­апазонами, когда мы можем делать деньги, пока все остальные будут пы­таться успеть запрыгнуть на борт, но только за тем, чтобы начать терять терпение из-за того, что диапазоны вступают в свои дни без кофеина, и предполагаемая возможность испаряется. И примерно к тому времени, когда большинство устанет от своих позиций... вж-ж-жик!... цены улетают, переходя вновь к большим диапазонам.


Рисунок 2.7 Индекс S&P 500 (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Наконец, я хотел бы, чтобы вы очень тщательно и основательно рассмо­трели рисунки 2.9 и 2.10, демонстрирующие рынки, не торгуемые в Соединенных Штатах: австралийский доллар и индекс Nikkei (японский эквива­лент индекса Доу-Джонса для акций промышленных компаний, Dow Jones Industrial average).

 

 

 

 

 

Рисунок 2.8 Кофе (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 2.9 Австралийский доллар (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 2.10 Индекс акций Nikkei (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 2.11 Индекс S&P 500 (5-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Если вы все еще не убедились, что мы раскрыли главный цикл движения цен — цикл без времени, я представлю вам еще три графика S&P 500 (см. рисунки 2.11,2.12 и 2.13). На рисунке 2.11 каждый бар отражает макси­мум, минимум и закрытие каждого 5-минутного промежутка времени на протяжении двух дней, выбранных наугад. Как вы почти сразу можете ви­деть, большим барам предшествуют меньшие бары. Рисунок 2.12 показыва­ет использование 30-минутных баров для охвата рыночных колебаний на протяжении целой недели. Снова факты говорят сами за себя: фактически каждый бар крупного диапазона, единственного места, где мы, краткосроч­ные трейдеры, делаем наши деньги, готовится одним или рядом маленьких диапазонов. Рисунок 2.13 основывается на часовых периодах, и снова наш феномен присутствует здесь. Не нужна никакая гадалка или шаман мамбо-джамбо, чтобы раздувать существующие факты или притягивать их за уши. Что есть — т. е., всегда было и всегда будет — мы постоянно получаем сиг­нал о прибыльных барах, отличающихся крупным диапазоном, благодаря более ранним предупреждениям от маленьких диапазонов.

Важность цены открытия для минимума или максимума дня

Вот вам второй абсолютный трюизм относительно дней с большим диапа­зоном, тех великих взрывных дней, которые мы, краткосрочники, просто обязаны опережать: дни верхненаправленных больших диапазонов обычно открываются близко к минимуму и закрываются близко к максимуму. Дни нижненаправленных больших диапазонов открываются близко к максимуму дня и закрываются близко к минимуму.

Это означает: в своей торговле вы должны принимать во внимание два момента. Первый — если мы поднимаемся «на борт» в день, когда, как мы думаем, будет большой диапазон, то не ищете точку покупки очень далеко ниже открытия. Как я уже говорил, дни больших верхненаправленных ди­апазонов (large-range up days) редко проторговываются намного ниже це­ны открытия дня. Это означает: вы не должны искать возможность покуп­ки существенно ниже цены открытия.

Точно так же, если вы думаете, что поймали тигра за хвост — а именно такую возможность дает день с большим диапазоном, — в то время, как це­на проваливается существенно ниже открытия, то вероятность большого движения вверх значительно сокращается.

Это очень важный момент в постижении секретов прибыльной кратко­срочной торговли. Не отбрасывайте его. Вот несколько примеров для дока­зательства эффективности этой концепции.

 

Рисунок 2.12 Индекс S&P 500 (30-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

Рисунок 2.14 показывает на го­ризонтальной шкале распределение различий между ценами открытия и закрытия по казначейским бондам для всех дней с 1970 по 1998 гг.

Вертикальная шкала отражает чистое изменение в течение всех дней, то есть открытие минус закрытие. Чем меньше ценовых точек ниже откры­тия (нулевая горизонтальная линия) и чем ближе эти ценовые точки к ну­левой линии, тем больше дней с положительными и достаточно большими фигурами развития цены от открытия к закрытию. По мере того, как вы чи­таете шкалу, двигаясь вправо, чем дальше ниже нулевой линии оказывают­ся ценовые точки, тем меньше положительных ценовых точек, которые мы видим выше нулевой линии.

На левой стороне этого графика мы видим, что прибыльные закрытия на крупных диапазонах редко имеют большие значения «открытие минус закрытие». Эта тенденция очевидна, так как масса данных отклоняется слева направо, т. е. к выгодной стороне торговли. Большие величины раз­ницы между открытием и закрытием вызываются большими величинами движений от открытия к минимуму. Это также убедительное доказательст­во, что рынки не случайны. Если бы они были случайными, то распределе­ние значений «максимум минус открытие» было бы таким же, как

Рисунок 2.13 Индекс S&P 500 (60-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 2.14 Распределение долларовой величины (открытие — закрытие)

по сравнению с величиной (открытие — минимум) в процентах от вчерашнего диапазона — казначейские бонды.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

«открытие минус минимум». Эти данные, как бы просто это ни казалось, обнажа­ют мощную фундаментальную истину, которую надо знать, чтобы стать ус­пешным спекулянтом.

Рисунок 2.15 показывает три различные линии; верхняя — это вероят­ность, что закрытие будет больше, чем открытие, в зависимости от нижне­го значения «открытие минус минимум». В точке, которую я отметил, дан­ные говорят, что приблизительно в 87 процентах случаев мы будем закры­ваться выше открытия, если разница между открытием и минимумом меньше 20 процентов диапазона дня.

Следующая линия, идущая вниз по диаграмме, имеет дело только с дня­ми, когда дистанция от открытия до закрытия принесла бы трейдеру больше $500. В точке, отмеченной мною на этой линии, мы видим, что приблизи­тельно в 42 процентах случаев мы закрывались выше открытия с прибы­лью в $500 или больше, если минимум оказывался не более чем на 10 процен­тов ниже открытия. Наконец, третья, нижняя линия — это дни, которые за­крылись с более чем $1,000 прибыли выше цены открытия. Это дни самых больших диапазонов на рынке бондов.

Рисунок 2.15 Вероятность долларовой величины (открытие — закрытие)

по сравнению с величиной (открытие — минимум) в процентах от вчерашнего диапазона — казначейские бонды.

 

 

 

 

 

 

 

В отмеченной точке мы видим, что в 15 процентах случаев мы получаем дни огромных скачков, если движение к минимуму составляет меньше 10 процентов. Точно так же имеется почти нулевой шанс получения закрытия с большим взлетом выше от открытия, если цена в течение дня опускалась на 70—80 процентов ниже открытия.

Это верно в отношении всех трех линий. Они вновь говорят нам: чем больше ценовые колебания ниже открытия, тем меньше шансов на поло­жительное отношение открытия к закрытию. Это подтверждает мои пра­вила:

1. Не пытайтесь покупать во время больших падений цены ниже откры­тия в дни, когда ожидается закрытие с плюсом.

2.   Если позиция длинная (лонг) и цена падает значительно ниже откры­тия в дни, когда ожидается закрытие с большим плюсом, уходите с рынка.

3.   Не пытайтесь продавать во время больших скачков выше цены от­крытия в дни, когда ожидается закрытие с большим минусом.

4.   Если позиция короткая (шорт) и цены уходят намного выше откры­тия в дни, когда ожидается закрытие с большим минусом, уходите с рынка.

Не пытайтесь спорить с этими правилами, они отражают законы грави­тации, управляющие движением цен акций и товарных фьючерсов. Пред­ставленные здесь таблицы могут быть воспроизведены на любом свободно торгуемом рынке, иллюстрируя универсальную истину относительно того, как в среднем проявляет себя торговля в течение какого-либо данного дня. Да, вы иногда увидите дни с большим диапазоном, гуляющим по обе сторо­ны от открытия, но это исключение, а не правило. Скользящие средние не поддерживают этот закон. Как трейдер я хочу загребать столько, сколько смогу. Мои прибыльные сделки происходят не от везения, они возникают из таблиц, обеспечивающих рост шансов в мою пользу.

Там, где тренд с вами — вторая ценовая фигура силовой игры

Куда направлен рынок: вверх или вниз? Пойдут ли цены отсюда с боль­шей вероятностью вверх или вниз? В самом деле, есть ли что-нибудь, что могло бы помочь нам понять, какое поведение цен ожидает нас в буду­щем? Это большие вопросы. Ответы на них неинформированные люди, не желающие думать и учиться, не могут найти с тех самых пор, как нача­лась торговля.

 

 

 

 

Так же, как мы узнали, что вообще-то говоря, маленькие диапазоны го­товят большие диапазоны, существует другая фундаментальная фигура движения цен акций и товарных фьючерсов во времени в любой стране, в любой период времени.

Таким образом, начинаем первый урок постижения анализа рыноч­ных трендов. Основной его принцип гласит: по мере движения цен от минимума к максимуму имеет место сдвиг от точки закрытия в диапазо­не каждого дня. Помните, нет никакой разницы, используем ли мы 5-ми­нутные, часовые или недельные диаграммы. Применяется то же самое правило.

Когда формируется минимум рынка, цена закрытия дня или любого другого периода времени находится точно в точке минимума диапазона этого дня или очень близко к ней. Затем, казалось бы из ниоткуда, начина­ется бурный рост. И по мере того, как этот рост набирает силу, происходит заметное изменение отношений, состоящее в том, что чем больше этот вос­ходящий тренд развивается, тем выше будет цена закрытия на дневных ба­рах. Рисунок 2.16 дает стилизованное представление этого изменения от­ношений.

Рынки формируют дно при цене закрытия на уровне минимума дневного диапазона и формируют вершину, когда они закрываются на уровне или близко к максимуму дневного диапазона.

Невежды считают, что развороты тренда происходят, когда на рынок выходят «знающие» инвесторы-покупатели. Ничто не может быть так далеко от правды. Как говорит мой давний друг Том ДеМарк, «рынки не формируют дно из-за притока покупателей, они формируют дно, потому что больше нет продавцов».

Мы можем видеть, как работают эти отношения покупателей и про­давцов на примере фактически каждого дня или бара. Мое рабочее пра­вило, которое я впервые описал примерно в 1965 году гласит: в любой период времени продавцы представлены колебанием цен от максимума дня до цены закрытия, в то время как покупатели представлены величи­ной закрытие минус минимум. Я имею в виду, что расстояние, которое проходит цена от минимума до закрытия, говорит нам о силе покупателей, а расстояние от максимума до закрытия показывает воздействие, про­давцов на цены.

Это понимание пришло ко мне, когда я пытался понять графики OBV (On Balance Volume), которые составляли Джо Миллер и Дон Соутард, ра­ботая в «Dean Witter». В те времена трейдеры, а то и просто старые просто­фили, ищущие бесплатную чашечку кофе и место, где можно поболтать, сидели, бывало, вокруг тикера, глядя на поток цен на ленте, отражающей одну за другой все сделки, происходящие в течение дня.

 

 

 

 

Рисунок 2.16 Отношения изменяются, когда происходит бурный рост (ралли).

Почти каждый день бывали на этих посиделках два примечательных старых чудака, Джек и Мюррэй. Они появлялись, чтобы учить нас жизни. Они были гораздо старше и опытнее нас, поэтому мы ловили каждое их сло­во. Мюррэй, старший из них, был маркером биржевого операционного за­ла во время краха 1929 г. и часто вспоминал, как он отметил падение цены акций «Bank of America» ровно на 100 пунктов в первый день краха! Мы живо представляли себе молодого Мюррэя у доски, записывающего мелом последнюю цену, по которой торговались акции «Bank of America», а затем стирающего ее, чтобы заменить ее значение более низким. Мюррэй говорил, что самое большое падение цены между двумя последовательны­ми сделками составляло 23 пункта!

Его рассказ был созвучен словам, которые часто любил повторять дру­гой старикан и которые все еще звучат в моих ушах. Джек говаривал нам по крайней мере раз в день: «Чего вам не надо делать, так это ловить пада­ющие кинжалы, — и затем он добавлял: Вы должны подождать, пока они не воткнутся в пол и не перестанут дрожать, тогда и только тогда подбираете их. Это — лучший урок, который я усвоил более чем за 50 лет, видя, как люди теряют деньги».

 

 

 

 

 

 

 

 

Для краткосрочных трейдеров это означает, что они не должны пытать­ся покупать, когда рынок распродается, и не должны вставать на пути ло­комотива. Я потерял много денег, думая, что могу предсказать, когда цена «коснется дна» и развернется в течение дня. Мои ранние торговые счета довольно убедительное доказательство, что я не мог сотворить такое чудо.

Со временем я научился не пытаться ловить дно и вершину, но потребова­лось еще много лет, чтобы я полностью осознал, что действительно происхо­дит на рынке и как я могу воспользоваться преимуществами обладания этой рыночной истиной. Балансы моих счетов убедили меня в безумии покупки во время снижения цен, но я не знал, почему это было безумием. Теперь знаю.


Следующий график должен сделать для вас этот урок по спекуляции более живым, чтобы вам не пришлось тратить впустую время или деньги, учась, как это делал я. Рисунок 2.17 иллюстрирует, как цены на кофе дви­гались в течение реального рыночного дня, а справа на графике показано, каким получился бар за весь день.

Рисунок 2.17 Кофе (15-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 2.18 Казначейские бонды (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 2.19 Индекс S&P 500 (15-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 2.20 Индекс S&P 500 (60-минутные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Рисунок 2.21 Индекс S&P 500 (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Цена открылась, опустилась к минимуму, взлетела, чтобы отметить ма­ксимум дня, а затем подверглась давлению со стороны продавцов перед за­крытием. Вы уже знаете, что каждый день происходит сражение между по­купателями и продавцами, а теперь узнали, как и где искать покупателей и продавцов. Более важно, что вы узнали об их взаимоотношениях: чем вы­ше находится закрытие на баре, тем ближе мы к вершине и чем ниже нахо­дится закрытие на баре, тем ближе мы ко дну. Вот еще два моих правила:

1.   Почти все рыночные максимумы наступают тогда или вскоре после
того, как рынок закрывается прямо на максимуме дня.

2.   Почти все рыночные минимумы наступают тогда или вскоре после
того, как рынок закрывается прямо на минимуме дня.

Понятно? Хорошо, теперь давайте рассмотрим на фактических приме­рах, как работает моя теоретическая концепция. Я начну с рисунка 2.18 — графика рынка казначейских бондов с 1992 г. Взгляните на повороты цен, которые довольно легко увидеть, а затем сосредоточьте внимание на днях окончательных максимумов и минимумов в момент или как раз пе­ред завершением каждого подъема и спада. Видите? Так и есть, оконча­ние движения вверх можно было бы предсказать, поскольку дневные за­крытия были около максимумов дня, в то время как минимумы, или окончание движения вниз, предсказываются закрытиями вблизи мини­мума дня.

Это не случайное явление, и оно не ограничивается дневными графика­ми, что и покажут последующие примеры. На рисунках с 2.19 по 2.23 гра­фики представлены в такой последовательности: 15-минутный график S&P 500, затем часовой, дневной, недельный график и, наконец, месячный. В каждом случае вы заметите на них те же самые повторяющиеся явления. Чем ближе дневное закрытие к максимуму бара, особенно, если есть не­сколько таких баров подряд, тем ближе мы находимся к максимуму рынка.

Рыночные минимумы во всех временных интервалах — то же самое, только наоборот: чем ближе закрытия баров к минимуму, тем ближе мы к повороту рынка на подъем. Это рыночная действительность, это то, как мир спекуляции работает, работал и всегда будет работать.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

Главный секрет краткосрочной торговли

«Секрет» в том, что чем меньше продолжительность вашей торговой операции, тем меньше денег вы сделаете.

Печально, но это именно так. Подумайте о любой инвестиции, в которой вы когда-либо принимали участие. Удавалось ли вам провернуть все дела за один день? И если вы настолько удачливы, сколько раз вам удавалось по­вторить это? Немного. Это потому, что универсальное правило жизни, т. е. роста, то же самое, что и универсальное правило спекуляции:

Для роста прибылей нужно время.

Успешные трейдеры знают, что за минуту рынок может продвинуться лишь на какое-то расстояние, за 5 минут он может уйти чуть дальше, за 60 ми­нут — еще дальше и, черт знает, насколько дальше — за день или за неделю. Трейдеры-неудачники хотят торговать в очень коротких временных про­межутках, автоматически ограничивая потенциал своей прибыли.

По определению, они умышленно ограничивают свои прибыли и при­держиваются сценария неограниченных убытков. Неудивительно, что столь многие добились таких плохих результатов в краткосрочной торгов­ле. Они заперли себя в безвыигрышной ситуации, следуя заблуждению, ча­сто распространяемому брокерами или продавцами торговых систем: мож­но сделать горы денег, ловя рыночные максимумы и минимумы в течение дня. Это мнение поддерживается, казалось бы, рациональным утверждением: торгуя в пределах только одного дня и никогда не оставляя открытые позиции на ночь, вы не подвергаетесь воздействию новостей или крупных переменен, ограничивая тем самым свой риск.

Это абсолютно неправильно, причем сразу по двум причинам.

Во-первых, ваш риск находится под вашим контролем. Единственный ваш контроль в этом бизнесе — это установление стоп-ордера (stop-loss point) — уровня, на котором мы закрываем позицию. Да, на следующее ут­ро рынок может открыться с гэпом дальше вашего стопа (проскочить за ваш стоп), хотя это редкий случай, но даже тогда мы можем ограничить по­тери, имея стопы и горячее желание выйти из проигрышных сделок. Неудачники держатся за убытки, победители — никогда.

Как только вы устанавливаете позицию со стопами, вы можете потерять только заранее определенное количество денег. Независимо от того, когда или как вы открыли позицию, ваш стоп ограничивает ваш риск. Ваш риск одинаков, покупаете ли вы в точке абсолютного максимума нового рынка или в точке его абсолютного минимума.

Отказ от несения позиций в овернайт ограничивает количество време­ни, в течение которого должно расти ваше капиталовложение. Иногда ры­нок открывается и против вас, но если мы находимся на правильном пути, в большинстве случаев рынок откроется в нашу пользу.

И что более важно, заканчивая нашу торговлю в конце дня или, еще хуже, в некоторый искусственный момент, скажем, по 5- или 10-минутному графи­ку, мы радикально ограничиваем потенциал прибыли. Помните, я говорил, что разница между неудачниками и победителями в том, что неудачники держат­ся за свои потери? Другое отличие в том, что победители держат свои выиг­рышные позиции, в то время как неудачники выходят «слишком рано». Дело выглядит так, как будто неудачники не могут выносить пребывания в выиг­рышной позиции: они настолько чертовски счастливы получить хоть какую-то прибыль, что выходят из игры очень рано (обычно в течение дня входа).

Вы никогда не сделаете больших денег, пока не научитесь удерживать свои выигрышные позиции, причем чем дольше вы их держите, тем боль­шим потенциалом получения прибыли обладаете. Когда преуспевающие фермеры засевают поле, они не выкапывают растения каждые несколько минут, чтобы посмотреть, как они растут. Они позволяют им прорасти и вырасти. Мы, трейдеры, могли бы многое взять у этого естественного про­цесса роста. Успех работы трейдеров ничем не отличается от труда ферме­ра: чтобы вырастить выигрышные сделки, необходимо время.

 

Все дело во времени

То, о чем я только что рассказал вам, абсолютная неизменная правда об ин­вестициях. Чтобы сделать деньги, требуется время независимо от вида деятельности. Таким образом, краткосрочные трейдеры, по определению, ог­раничены в своих возможностях.

Ошибка трейдеров, торгующих внутри дня, их вера, что они могут пред­сказывать краткосрочные колебания рынка и говорить, куда идет цена в большинстве случаев, предсказывать максимумы и минимумы, определять точный момент времени, когда рынки достигнут вершины или дна. Сожа­лею друзья, что вынужден сообщить вам, предсказать все это с какой-либо достоверностью невозможно. Это лишь мечта дэйтрейдера, такая же при­зрачная, как клубы дыма.

Но не теряйте надежду, мои годы рыночного анализа и торговли под­твердили одну фундаментальную правду о структуре рынка — секрет, как сделать «краткосрочную» торговлю прибыльной.

К настоящему времени вы понимаете, что (1) краткосрочные колебания предсказать очень трудно; (2) мы должны ограничивать потери; (3) как краткосрочные трейдеры при взрывном движении в нашу пользу мы толь­ко выигрываем; (4) время — наш союзник, оно необходимо нам для созда­ния прибылей.

Чтобы делать большие деньги в качестве краткосрочных трейдеров, мы должны уметь чувствовать, как долго обычно длятся наиболее выгодные краткосрочные колебания. Это не просто вопрос времени, это еще и вопрос цены. Так же, как нет прямого пути на небеса, так и цена может идти прямо вверх или вниз лишь до определенного момента. Вопрос, на который мне нужно было ответить, состоял в следующем: "Что обычно представляет со­бой этот баланс цены и времени?" Обратите внимание, что я сказал обычно. Много раз движения цен будут больше по величине и дольше по времени, чем вы могли вообразить, и столь же часто они будут запинаться и выды­хаться, как только вы подумали, что наконец-то перехитрили рынок.

Не забывая обо всем этом, теперь я собираюсь раскрыть вам свою самую большую тайну краткосрочной торговли, способную привести к балансу изме­нения цены и колебания времени. Этот секрет состоит из двух компонентов:

1.   Мы делаем деньги только в дни с большими диапазонами.

2.   Дни с большими диапазонами обычно закрываются на уровне макси­
мума или около него, если день верхненаправленный, и на уровне или
около минимума, если день нижненаправленный.

Хотел бы я, чтобы дэйтрейдеры, обладающие столь неуемным воображе­нием, поняли механизм внутридневных колебаний. Сомневаюсь, что они на это способны, но даже если и способны, это очень трудная, утомительная и требовательная работа. Несмотря на умение двух старых чудаков читать ленту тикера, а также на их многолетний опыт работы на рынке, они были также неспособны правильно предсказывать по ленте будущие движения рынка, как и любой из нас. Мы продвинулись от чтения ленты к котировоч­ным машинам, но игра, или миф, остались теми же самыми, как и степень трудности. Весьма нелегко сидеть перед котировочной машиной в течение 7 часов в день, сражаясь, угадывая и оказываясь неправым чаще, чем правым.

Примерно пару раз в год очередной отчаянный трейдер уговаривает ме­ня снабдить его деньгами, думая, что может получить прибыль из этих краткосрочных колебаний. Давайте посчитаем: два трейдера в год, в тече­ние 35 лет — это 70 раз, за которые я должен был выучить урок, который даю вам прямо здесь и прямо сейчас. Я просто не могу представить, что это возможно. Единственная оговорка, которую хотелось бы здесь сделать, со­стоит в том, что устойчивая прибыль не может быть достигнута с помощью системы или механического подхода. Я видел, как трейдеры добивались успеха с помощью «чутья», но это чутье часто покидает их, и они не могут передать его другому человеку. Поэтому я работаю по-другому, и вы или любой другой можете повторить то, что делаю я.

Я открываю свою позицию, зная, что день будет развиваться только по одному из трех типов: день с маленьким диапазоном, который даст малень­кий убыток или прибыль; день, который повернет против моей позиции; день с большим диапазоном, к концу которого, если позиция занята пра­вильно, я буду очень близок к максимуму верхненаправленного дня или к минимуму нижненаправленного дня. Хотя никто не может предсказать, ка­ким будет максимум или минимум дня с большим диапазоном, я берусь ут­верждать, что такие дни будут очень часто закрываться в своем экстрему­ме. Таким образом, нет никакой необходимости пытаться играть в какие-либо глупые технические игры микроскопических покупок и продаж в течение дня.

Я могу доказать свою точку зрения в отношении дней с большими ди­апазонами с помощью следующих графиков. Рисунки 3.1 — 3.6 охватыва­ют различные периоды времени на довольно широком наборе рынков: медь, хлопок, соя, свинина, золото и казначейские долгосрочные векселя. Тщательно просмотрите каждый график, обратите внимание на дни с большими диапазонами, а затем заметьте, где они открывались и закры­вались.

В подавляющем количестве дней, отличающихся крупными диапазона­ми и закрывшихся с повышением, вы должны заметить, что цена открыва­лась около минимума дня и закрывалась около максимума. Крупнодиапа­зонные дни, закрывшиеся с понижением, демонстрируют прямо противо­положную торговую фигуру: открытия около максимумов и закрытия около минимумов дня.

Для краткосрочных трейдеров все это означает, что наиболее выгодная стратегия выбора выигрышных сделок — это держаться ближе к закры­тию.

Рисунок 3.1 Медь высшего качества (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).

Значение этого трудно переоценить. Наиболее прибыльная стратегия краткосрочной торговли, которую я знаю и постоянно использую, состоит в том, чтобы открыть позицию, выставить защитный стоп, а затем закрыть глаза, задержать дыхание, перестать обращать внимание на рынок и ждать выхода по закрытию дня. Или даже позже! Если мне повезет и мне удастся попасть на день с большим диапазоном, я поймаю крупное движение, кото­рое окупит дни с маленькими диапазонами. Если я попробую постоянно входить в рынок и выходить из него, то однозначно не сделаю так много де­нег, как тогда, когда строго держусь до закрытия. Правда и в том, что вся­кий раз, когда я пробовал давать волю своей фантазии, последующая рас­плата оказывалась весьма болезненной.

Рисунки 3.7 — 3.9 — результаты простой небольшой системы торговли на S&P 500 - подкрепляют эту точку зрения. Правило состоит в том, что­бы тупо покупать на открытии каждый понедельник, если это открытие ни­же, чем закрытие в пятницу. Это начало построения краткосрочной систе­мы, поэтому пока не стоит очаровываться самой системой или ее результа­тами. Я стремлюсь здесь показать вам огромное преимущество понимания, что вы можете сделать больше денег, если продержитесь до закрытия.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 3.7 отражает то, что стремится делать большая часть кратко­срочных трейдеров, а именно: намывать приблизительно $500 за торговый день, поэтому результаты показывают стоп на уровне $3,000 (много, но это именно то, что требует этот волатильный рынок) и автоматическое закры­тие на уровне $500 прибыли. Хотя точность высока и составляет 59 про­центов, спекулянт теряет деньги... $8,150, чтобы быть точным.

Следующий набор данных отражает те же самые установки, кроме целе­вого лимита прибыли $1,000. На сей раз мы делаем деньги в сумме $13,737, причем снова на том же самом числе сделок — 389, получая небольшую среднюю прибыль $35 на сделку. Я списал $50 на комиссию (как и для всех других результатов, представленных в этой книге). Чтобы сделать наши $13,737, мы один раз просели на $8,887 и имели 55 процентов прибыльных сделок.

Наконец, мы можем повернуть удачу и сделать деньги, следуя моему ос­новному правилу — держаться до конца дня и только тогда закрывать по­зицию. Посмотрите на разницу — мы действительно хорошо заработали, получив прибыль $39,075, со средней прибылью $100 на сделку, что в 3 раза больше, чем при автоматическом снятии прибыли на уровне $1,000.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 3.7 Торговля с лимитом прибыли $500.

Наше проседание, т. е. сколько мы должны были бы потерять в нашей са­мой плохой сделке, чтобы достичь того, чего мы достигли, оказалось мень­ше, $6,650, в то время как трейдер с лимитом прибыли $500 просел на $12,837. Факты говорят сами за себя. Трейдеры могут спорить целый день, что работает, а что не работает, но то, что вы только что видели, решает спор в мою пользу. Именно усидчивость, а не частое открытие/закрытие позиций, принесет прибыль.

Я держусь до закрытия, по крайней мере, до точки выхода. Пока кто-то не сможет сделать невозможное, предсказав все краткосрочные флуктуа­ции, для краткосрочного трейдера не будет никакой другой лучшей страте­гии, поскольку только так можно захватить дни с большими диапазонами, где можно сделать серьезные деньги. Единственное различие в предыду­щих примерах в том, как долго позиции оставались открытыми: чем коро­че период нахождения в рынке, тем меньше возможности получить при­быль. Никогда не забывайте этого правила.

Можно сделать еще больше денег, если задерживаться на рынке пос­ле закрытия, но это возможно только в том случае, если то, что я гово­рил ранее, имеет силу, т. е. для накопления прибыли требуется время.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Когда мы будем обсуждать отдельные рынки, я дам вам более конкрет­ные правила, как еще больше заработать на этом феномене прибыльной торговли.

Последнее доказательство моего тезиса — рисунок 3.10 показывает ту же самую систему, которую мы только что рассмотрели, где покупка про­изводится в понедельник, если рынок открывается ниже минимума пятни­цы. Но на сей раз мы собираемся держать позицию в первом примере до следующего закрытия, т. е. первого закрытия после нашего дня входа или пока не сработает стоп, смотря что произойдет раньше. Эта стратегия при­носит $68,312, делая дополнительные $30,000 и увеличивая нашу чистую прибыль на сделку на $71.

Наконец, посмотрите на рисунок 3.11 с системой торговли, построенной на закрытии позиции через 6 дней после входа или при срабатывании сто­па. Следование этой стратегии доказывает мою точку зрения и должно из­бавить вас от заблуждения, что большие легкие деньги можно сделать, ло­вя маленькие колебания. Теперь мы делаем $71,600, почти удваивая ре­зультаты выходов по закрытию и увеличивая среднюю прибыль нашей сделки до теперь уже весьма солидных $251. Помните, единственное раз­личие в этих примерах в том, как долго мы оставались в рынке; все прочие параметры не менялись.

 

 

 

 

 

 

 

Легендарный Джесси Ливермор (Jesse Livermore) выразился лучше все­го: «Отнюдь не мои размышления, а только моя усидчивость принесла мне большие деньги. Да, моя усидчивость!»

И добавлял: «Люди, которые могут быть правы и обладают усидчиво­стью — редкое явление».

Я пытаюсь объяснить вам, что только большие колебания (в пределах вашего временного интервала), которые мне удавалось поймать, позволи­ли мне сделать миллионы долларов на торговле. Я, наконец, понял, что должен позволить моим прибылям накапливаться, чтобы компенсиро­вать убытки, столь же естественные для этой игры, как дыхание для жизни. Потери будут для вас почти абсолютно неизбежны. Это аксиома, и это обя­зательно случится, что вызывает естественный вопрос: что мы можем сде­лать, чтобы компенсировать эти отхваченные от нас куски? Есть только два способа сгладить эту неприятность: мы должны или иметь очень низ­кий процент убыточных сделок, и/или существенно более высокую по сравнению с убытком среднюю прибыль. Время, и только время, даст вам большую прибыль: не размышления, не игра воображения, не попытки по­купать и продавать на каждой вершине и каждом дне. Это игра для дура­ков. Это не вопрос точки зрения — это доказуемо, что довольно ясно де­монстрирует простая система, представленная в этой главе.

 

 

 

 

 

К настоящему времени вы должны понять, как движется рынок, узнать три его доминирующих временных цикла и развить в себе способность ощущать или чувствовать порядок в том, что кажется хаосом. Но самое главное, вы должны были научиться держаться за выигрышные сделки до конца временного интервала, в котором торгуете. Что касается меня, я тор­гую по 2-5-дневным колебаниям. Всякий раз, когда моя жадность заставля­ла меня хватать быструю прибыль или пересиживать временной период, в котором я торгую, я очень дорого платил за это.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

Прорывы волатильности — прорыв моментума

Необходимость может быть, а может и не быть матерью изобретения, но она всегда отец использования шансов.

Моментум (momentum) — одно из пяти понятий, которые могут приносить прибыль в краткосрочной торговле. Это то, что имел в виду Ньютон, когда сказал, что объект, однажды приведенный в движение, стремится оставаться в движении. Об акциях и товарных фьючерсах можно сказать то же самое: начав двигаться в одном направлении, цена с наибольшей вероятностью бу­дет продолжать идти в том же направлении. Существует почти столько же способов измерения моментума, сколько и трейдеров. Я не буду копаться во всех них, рассмотрим только те, которые, как я обнаружил, работают, а так­же концепции, с помощью которых я торгую. Имеются и другие подходы; любой человек с творческим складом ума должен быть способен проделать тот же путь, что и я. Анализ средствами математики — это подход, который может помочь вам собрать для игры все ваши лучшие методы, концепции и формулы. Именно здесь вы имеете явное преимущество перед теми, кто спо­собен лишь на элементарные сложение, умножение и вычитание.

Я сомневаюсь в том, что до середины 1980-х годов кто-нибудь полностью понимал, как работают рынки. Несомненно, мы знали о трендах, о состояни­ях перекупленное™ и перепроданное™, о нескольких фигурах, сезонных воз­действиях, фундаментальных факторах и т.п. Но мы действительно не знали, что вызывало или, правильнее, устанавливало тренд, как он начинался и за­канчивался. Теперь мы знаем, и теперь для вас пришло время узнать эту са­мую главную истину, объясняющую структуру ценового движения.

 

 

 

Тренды приводятся в движение тем, что я называю «взрывами ценовой активности». В двух словах, если цена в течение одного часа, дня, недели, ме­сяца (выберите свои временные рамки для идентификации тренда) продви­гается вверх или вниз взрывным образом, рынок продолжит двигаться в том же направлении, пока не произойдет такой же или больший по силе взрыв­ной ход в противоположном направлении. Это стали называть экспансией волатильности, или «прорывом волатильности», как сказал однажды Дат Бри (Doug Brie), взявший это определение из моей работы начала 1980 г.

Речь идет о том, что цена совершает взрывной прорыв вверх или вниз от центральной точки. Именно это определяет или устанавливает тренд. Та­ким образом, у нас есть два вопроса: первый, что мы подразумеваем под взрывным прорывом (какой величины должно быть движение вверх или вниз), и второй — от какой точки мы измеряем эту экспансию цены?

Давайте начнем с начала: с того, какой набор данных мы должны ис­пользовать для измерения экспансии?

Так как мой рабочий тезис состоит в том, что нам требуется очень быст­рый взрыв изменения цен, то я предпочитаю использовать значения днев­ных диапазонов — разницу между максимумом и закрытием дня. Эта вели­чина показывает, насколько волатильным был рынок каждый день. Имен­но тогда, когда эта волатильность увеличивается сверх недавних пределов, происходит изменение тренда.

Есть несколько способов измерения этой величины. Вы могли бы ис­пользовать средний диапазон для некоторого числа последних дней, раз­личных точек разворота и т.п. Вообще говоря, я нашел, что использование одного лишь вчерашнего диапазона для сравнения волатильности просто творит чудеса. Скажем, вчерашний диапазон по пшенице был 12 центов. Если сегодняшний диапазон превышает этот диапазон на определенный процент, тренд, вероятно, изменился. По крайней мере можно подумать о том, чтобы сделать на это ставку. Это могло бы быть ясным указанием, что цена получила новый толчок, ведущий к ее развитию в определенном на­правлении, и она, подобно любому объекту, однажды приведенному в дви­жение, стремится придерживаться направления этого движения.

Это действительно так просто: увеличение диапазона на величину, существенно превышающую вчерашний диапазон, подразумевает измене­ние в текущем направлении рынка.

Это также подводит нас к ответу на второй вопрос: от какой точки мы измеряем экспансивное движение, будь оно вверх или вниз? Большинство трейдеров думают, что точкой отсчета должна быть последняя цена закры­тия. Это типичный ход мысли: ведь обычно мы сравниваем изменение цен от закрытия до закрытия. Но это неправильный ответ. Скоро мы перейдем к этой теме, но сначала рассмотрим точки, от которых будем измерять эту экспансию: мы могли бы использовать закрытие, среднюю цену текущего дня или, возможно, сегодняшний максимум для покупки или сегодняшний минимум для продажи.

 

Давайте рассмотрим самые лучшие результаты нескольких не связан­ных между собой товарных фьючерсов, используя несколько точек для из­мерения взрывного движения. В таблице 4.1 показаны результаты поку­пок на следующий день (завтра) с уровней, рассчитываемых путем приба­вления процента сегодняшнего диапазона к сегодняшнему закрытию. Данные, внесенные в список, включают наименование товарного фьючер­са, процент от диапазона, прибыль в долларах, точность и среднюю при­быль на сделку.

В этой таблице я использовал процент, даже превышающий 100, приме­няемый к предыдущему дневному диапазону, который привязывался к закры­тию: вычисленное значение прибавлялось при покупке и вычиталось при продаже. В этом примере, а также для всех показанных результатов, стопы не использовались, и всегда была открытая длинная или короткая позиция.

Эта таблица показывает только лучший процент волатильности, прибав­ляемый при покупке и вычитаемый при продаже. Подчеркну, в данных для таблицы 4.1 мы прибавляли (вычитали) коэффициент, или фильтр волатиль­ности, к цене (из цены) закрытия предыдущего дня. Возьмем, к примеру, го­вядину: если цена взлетала выше предыдущего закрытия на 70 процентов от диапазона предыдущего дня, то мы покупали и продавали в шорт на уровне 50 процентов от диапазона дня, который вычитался из цены закрытия.

Далее, посмотрите на стратегию покупки на следующий день (завтра), определяемую прибавлением процента вчерашнего диапазона ко вчераш­нему максимуму, или вычитанием той же величины из вчерашнего мини­мума — для сигнала на продажу (см. таблицу 4.2).

 

 

 

 

Таблица 4.2 Добавление к максимуму или вычитание из минимума

 

 

Процент

Прибыль,

Число

 

Средняя

Товарные фьючерсы

покупка/продажа

$

сделок

Процент

прибыль

Говядина

70

17,012

191/456

41

37

Свинина

110

141,288

278/608

45

232

Хлопок

90

46,945

150/357

42

131

Кофе

60

120,573

36/86

41

1,402

Апельсиновый сок

110

60,825

261/582

44

104

Соя

80

99,563

444/1,022

43

97

Фунт стерлингов

120

175,506

295/698

42

251

Золото

130

57,600

198/504

39

114

Мазут

60

43,117

168/435

38

99

Бонды

90

154,968

290/605

47

256

Standard & Poor's 500

100

80,787

569/225

40

141

Эта концепция делает деньги, но если выбирать лучшее, она работает не столь хорошо, как прибавление (или вычитание) используемого значения к цене (из цены) закрытия. Простой способ сравнения результатов состоит в определении размера средней прибыли на сделку. При методе «ориента­ция на закрытие» — это $327 на сделку, а при технике «прибавление к ма­ксимуму» и «вычитание из минимума» — $313.

Следующий набор тестов рассматривает прибавление процентной ве­личины от сегодняшнего диапазона к завтрашнему открытию и дает сигна­лы к покупке на этом уровне. Вычитание значения, полученного на основе процента от сегодняшнего диапазона, из цены открытия дает сигнал к за­нятию позиций шорт. Результаты показаны в таблице 4.3.

Таблица 4.3 Прибавление к цене или вычитание из цены открытия следующего дня

 

 

Процент

Прибыль,

Число

 

Средняя

Товарные фьючерсы

покупка/продажа

$

сделок

Процент

прибыль

Говядина

140

37,992

124/230

53

163

Свинина

70

303,792

1,076/2,236

48

135

Хлопок

60

71,895

988/454

45

73

Кофе

130

135,915

38/63

60

2,157

Апельсиновый сок

50

169,140

1,184/2,754

52

75

Соя

100

228,293

620/1,293

47

176

Фунт стерлингов

130

242,062

300/600

50

403

Золото

130

95,070

290/634

45

149

Мазут

140

42,163

87/196

44

215

Бонды

100

227,468

464/919

50

247

Standard & Poor's 500

50

247,850

768/1,727

44

143

 

 

 

 

 

 

 

 

Внимательное изучение данных показывает, что средняя прибыль на сделку стала выше — $389, то же касается и точности. Пять товарных фью­черсов в этом тесте показали точность 50 процентов или выше, чего не сде­лал ни один при первых двух испытаниях.

Мой вывод: лучшей точкой для прибавления или вычитания значения экс­пансии волатильности является открытие следующего дня. Я всегда торго­вал по этой технике, ориентируясь на открытие. Но готовясь к написанию этой книги, я предварительно проверел вышеописанные тесты, чтобы убе­диться, что мое суждение верно, и был рад убедиться, что факты соответ­ствуют моему интуитивному заключению.

Как краткосрочные трейдеры, мы можем использовать этот подход что­бы выяснить, насколько высока вероятность дальнейшего роста цены, на котором мы можем заработать. Я не буду торговать только из-за появле­ния таких сигналов, но использую их в качестве техники входа в рынок, ко­гда время и условия подходящие.

Из всех приемов входа в тренд, которые мне известны — от скользящих средних до линий тренда, от осцилляторов до гадальных досок (Ouija boards) и от замысловатой математики до простых графиков — я никогда не видел бо­лее устойчиво прибыльной механической техники входа, чем прорывы вола­тильности. Это наиболее последовательный метод вхождения в рынок, кото­рый я когда-либо использовал, исследовал или видел. Теперь давайте рассмо­трим некоторые способы использования этой основной концепции.

Простые дневные прорывы диапазонов

Ранее мы узнали, что должны прибавлять значение прорыва к завтрашне­му открытию. Теперь начинаются вопросы: что является оптимальным значением? Есть несколько хороших подходов, но самый простой в том, чтобы взять сегодняшний диапазон и добавить часть от него к завтрашне­му открытию. Только этот простой подход регулярно делал для меня день­ги с тех самых пор, как я открыл его почти 20 лет тому назад.

Теперь пора двинуться немного дальше этих результатов и создать мо­дель торговли, которую можно использовать в реальности (т. е. которая де­лает деньги доступным способом). Рисунок 4.1 показывает результаты ежедневной покупки и продажи бондов на расстоянии 100 процентов диа­пазона предыдущего дня выше открытия для лонг и 100 процентов ниже открытия для шорт.

Защитная остановка определяется на уровне $1,500 или 50-процентной величины диапазона предыдущего дня, вычитаемой из точки нашего входа. В то же самое время для выхода применяется техника катапультирования (Bail Out) или первое после входа открытие позиции с плюсом.

Это приносит деньги в размере $73,468 при 80-процентной точности в 651 сделке. В среднем система делает $7,000 в год и требует вложения $13,000, что оз­начает доходность 70 процентов годовых. Проседание составляет лишь $10,031, что довольно хорошо для такой базовой системы. Есть некоторая проблема в том, что средняя прибыль на сделку всего $112.86, а она долж­на быть выше. Набор использованных данных охватывает период с 1990 г. по август 1998 г.

У вас есть какие-нибудь соображения относительно того, как нам уда­лось оттяпать такой приличный кусок? Давайте пока проверим нашу ос­новную стратегию TDW (Trade Day of Week — торговый день недели), что­бы увидеть, что происходит, если мы в определенные дни только покупаем или только продаем. Чтобы дать вам разобраться в этом, на рисунках 4.2 — 4.6 показаны покупки для каждого дня недели, а затем продажи для каждо­го дня, наконец, мы собираем лучшие дни покупки/продажи в рабочую мо­дель, с помощью которой можем реально торговать.

Приведенные данные указывают, что лучшие дни для покупки вторни­ки и четверги, в то время как лучшие продажи происходили по средам и четвергам. Рисунок 4.7 показывает, если мы ограничим торговлю только этими днями, мы не сделаем так много денег, а получим лишь $56,437, но примерно наполовину сократим количество

 

сделок и повысим нашу среднюю прибыль до $173 — суммы, ради которой стоит торговать. Мораль в том, что применение концепции торгового дня недели (TDW) может ока­зать большое влияние на производительность вашей системы. Более того, проседание резко снижается: с $10,031 до всего $3,500, а точность подска­кивает к 84 процентам. Это большое улучшение, как будет объяснено далее при обсуждении темы управления капиталом в главе 13.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

74       Прорывы волатильности — прорыв моментума

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Взгляд на волатильность S&P 500

Применима ли эта концепция к S&P 500?

Хотя не может быть никаких сомнений в том, что эта техника работает с 50-процентной экспансией волатильности, мы можем значительно ее улучшить. Как? Используя кое-что, о чем мы уже знаем, — воздействие TDW. Следующий набор данных показывает, как работают прорывы вола­тильности по дням недели для S&P 500. Выход с рынка — такой же, как в примере с бондами, показанном ранее. Очевидно, в некоторые дни торго­вать лучше, чем в другие. Рисунки с 4.8 по 4.12 показывают сигналы на по­купку по дням недели, а рисунки с 4.13 по 4.17 показывают сигналы на про­дажу по дням недели.


Рисунок 4.8 Торговля по понедельникам.


Рисунок 4.18 показывает торговлю только по дням, наиболее влияющим на результаты. Лучшими днями для покупки были все дни, кро­ме четверга и пятницы, в то время как лучшим днем для продажи был чет­верг и отчасти пятница, но это представлено в следующей сводке. Это не­плохая система, и она сделала $227,822 с 75-процентной точностью при 1,333 сделках и имела очень маленькое проседание, составившее всего $13,737. Но я лично предпочел бы большую среднюю прибыль на сделку, чем $170, которые мы видим здесь.

Рисунок 4.9 Торговля по вторникам.

Рисунок 4.10 Торговля по средам.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 4.11 Торговля по четвергам.

Рисунок 4.12 Торговля по пятницам.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 4.13 Тест по сделкам шорт: понедельник.

Проницательный и думающий трейдер должен бы задать вопросы, на­пример: «А не могли бы мы использовать меньшую величину экспансии волатильности, чтобы покупать агрессивней в бычьи дни, и более далекое значение входа в дни, которые не так хорошо проявляют себя с 50-процент­ным значением? И как насчет нашего выхода, не следует ли дольше дер­жать позицию в более бычьи/медвежьи дни?»

Рисунок 4.14 Тест по сделкам шорт: вторник.


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 4.15 Тест по сделкам шорт: среда.

Такие вопросы могут продолжаться бесконечно, но их нужно задавать, чтобы оптимизировать работу системы. Доказательство того, что исследо­вания окупаются, приводится на рисунке 4.19. Он показывает использова­ние предшествующих правил, за исключением того, что вход в лонг осуще­ствляется на 40 процентах от диапазона предыдущего дня, прибавленного к открытию, вход в шорт — при 200 процентах от диапазона, который

Рисунок 4.16 Тест по сделкам шорт: четверг.


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 4.17 Тест по сделкам шорт: пятница.

Рисунок 4.18 Торговля в наиболее влиятельные дни.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 4.19 Исследования окупаются!

вычитается из цены открытия. Здесь мы видим большое отличие: в то вре­мя как эта система фактически делает немного меньше денег ($14,000), точность возрастает до 83 процентов, а средняя прибыль на сделку увели­чивается до $251, тогда как количество сделок сокращается на 46 процен­тов!

Отделение покупателей от продавцов для нахождения волатильности с помощью рыночных колебаний

Третий способ измерения потенциальных экспансий волатильности заклю­чается в наблюдении за колебаниями цен за предшествующие несколько дней. Майк Чалек (Mike Chalek) заслуживает признания за эту систему, ко­торую он разработал и назвал «Талон» (Talon). Основная ее идея — рассмат­ривать различные колебания, совершенные ценой от одной точки до другой, за прошедшие несколько лет. Существует много таких точек для изучения.

Точки, выбранные мною для последующего рассмотрения рыночной активности, измеряют расстояние движения цен от максимума 3 дня назад к сегодняшнему минимуму. Это — Шаг 1. Шаг 2 — взять размер колебания от максимума 1 день тому назад и вычесть из него минимум 3 дня назад. Наконец, мы будем использовать самое большое из этих значений как на­шу основную единицу измерения волатильности, чтобы начать создавать фильтр, или ценовую подушку, которую мы прибавим к завтрашнему от­крытию при покупке или вычтем ее при продаже.

 

 

 

Система работает хорошо: она делает деньги, как показывают следую­щие результаты по S&P 500 с 1982 по 1998 гг. (см. рисунок 4.20). Правила заключаются в том, чтобы покупать при 80-процентном колебательном движении выше открытия и продавать при 120-процентом колебании ни­же открытия. Используя долларовый стоп на уровне $1,750 и мой выход катапультирования (bailout), эта система сделала $122,837 с 1982 по 1998 гг. со средней прибылью в $228 на сделку.

Результаты

Как всегда, однако, встает вопрос, можем ли мы добиться большего успеха? Наша последняя попытка улучшить результат состояла в использовании TDW как фильтра, существенно улучшающего производительность. Те­перь мы пойдем дальше и используем фундаментальное соображение — воздействие рынка бондов на цены акций.

Сейчас мы испытаем эту концепцию в качестве фильтра (рисунок 4.21). Правило весьма простое: мы примем к сведению сигналы к покупке только тогда, когда сегодняшняя цена закрытия бондов выше, чем 5 дней назад, а сигналы на продажу — только тогда, когда цена закрытия бондов сегодня ниже, чем 35 дней назад. Наше рассуждение убедительно основано на об­щепринятой истине, что более высокие цены облигаций оказывают на ак­ции бычье воздействие, а более низкие — медвежье.

Посмотрите, какая разница! Средняя прибыль на сделку увеличивается с $228 до $281, в то время как проседание резко падает с $13,025 до $5,250. Лучше всего, однако, то, что при первоначально «неотфильтрованных» сдел­ках мы имели самую большую проигрышную сделку в $8,150, в то время как с облигационным фильтром самый большой убыток составил всего $2,075!

Еще один шаг вперед

Ваше обучение приближается к завершению, если вы задаетесь вопросом, что происходит в этой модели, когда мы принимаем только сигналы по лучшим TDW, в то время как тренд рынка бондов дает нам бычье или мед­вежье подтверждение?

Рисунок 4.20 Использование рыночных колебаний.

Рисунок 4.21 Воздействие цен облигаций на цены акций.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

И вновь результаты говорят сами за себя: объединяя все только что рас­смотренные компоненты, мы увеличиваем наши возможности или шансы, ведущие к успеху в краткосрочной торговле. Заметьте, что количество сде­лок существенно сократилось, а это означает, что наш риск меньше, в то вре­мя как наша средняя прибыль, приходящаяся на сделку, увеличивается. Наши прибыли уменьшаются до «всего лишь» $76,400, но средняя прибыль на сделку подскочила до $444, а проседание остается примерно на том же на уровне $5,912 при росте доли выигрышных сделок до 90 процентов.

Что же мы сделали? Отфильтровали сделки, не соответствовавшие всем трем нашим условиям. Фильтрованная торговля на краткосрочных колебаниях забросит вас на световой год или даже два вперед остальных краткосрочных трейдеров. Здесь есть дополнительное преимущество: используя фильтры, вы предъявляете рынку требования, которые означа­ют, что вы не будете торговать каждый день. Требования, естественным образом вынуждающие вас торговать меньше, а не больше. Активные трейдеры — обычно самые большие неудачники. Те из нас, кто приверед­ливо выбирает моменты спекуляций, чаще оказываются победителями, по­скольку мы подстраиваем весы в свою пользу, а это и есть интеллектуаль­ная спекуляция.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


Теория краткосрочной      торговли

В ближайшей перспективе теории работают, но в долгосрочной перспе­ктиве уступают место реальности.

Теперь, когда вы поняли, как движутся рынки от точки к точке, и уяснили основную стратегию лучшего использования преимуществ рыночных ко­лебаний, пришло время изучить теорию наших действий, чтобы затем про­верить ее на практике.

Наша основная концепция или рабочая теория состоит в том, что есть нечто, что вызывает взрывные движения рынка. Эти взрывы вводят рынок в фазу тренда, и эти тренды, нужные для наших целей, имеют длительность на большинстве рынков от 1 до 5 дней. Наша цель — войти в рынок как можно ближе к моменту начала такого взрыва.

Отсюда вопросы: «Что вызывает эти взрывы рыночной активности; когда они могут происходить чаще всего; есть ли способы выявления вре­мени и места этих движений?»

Короче говоря, это проблемы, с которыми я имел дело большую часть своей жизни. Давным-давно я понял, если не обозначить проблему, нико­гда не найдешь ее решения. Теперь вы знаете суть проблемы, так давайте искать какие-нибудь решения. Позвольте сразу добавить, у меня нет всех ответов на решение этой гигантской головоломки. Привести вас в чувство могут только ваши убытки. Они покажут, что вы не так уж чертовски ум­ны и нуждаетесь в больших знаниях. У меня до сих пор бывают потери и очень серьезные, поэтому я тоже все еще нуждаюсь в дополнительном об­разовании. И так будет всегда.

 

 

 

 

 

 

Вероятно, самая главная «причина» этих движений — новости. Но по но­востям торговать непросто. Во-первых, новости могут изменяться так же бы­стро и непредсказуемо, как и погода. Новости или какие-либо перемены в ми­ре и на рынках могут быть случайными. Таким образом, рынки колеблются вверх-вниз от одного неизвестного новостного события до другого. Аналогия с пьяным моряком, используемая математиками, более всего подходит для определения влияния новостей, бросающих цены из стороны в сторону по рыночному пространству. Во-вторых, можно оказаться последними в цепоч­ке, кому достались эти новости, и мы получим их слишком поздно. В-треть­их, нет ничего, что подсказало бы нам, конкретное содержание этих новостей. В-четвертых, мои годы торговли учат: те, кто близок к новостям, обычно от­крывают свои позиции непосредственно перед их объявлением. (Примеча­ние: не существует какой-то одной группы, извлекающей выгоду из новостей; характер поведения группы изменяется в зависимости от используемого ею источника.) Банкиры могут получить закрытую информацию о рынке казна­чейских бондов, но не о говядине, в то время как операторы биржевой пло­щадки, занимающиеся мясной продукцией, могут иметь такие данные, но ни­чего не знать, какие новости будут по бондам. Нет такой организации, кото­рая контролировала бы все источники информации. Но если даже персонаж Мела Гибсона в фильме «Теория заговора» (Conspiracy Theory), Джерри Филлипс, был прав, то не стоит распространять эту теорию на рынки.

В то время, как я писал эту книгу, в прессе обсуждалась работа Говарда Блума «Золото исхода»1, где он рассказывал о моей жизни, моей работе и карьере. В одном из журналов неправильно указаны не только мой возраст, место проживания, род занятий и марка моего автомобиля, но и о чем сама книга! Короче говоря, если я не могу верить тому, что написал обо мне ре­портер, который лично взял у меня интервью, то я полагаю, что, вероятно, нельзя слишком доверять многому из того, что пишут об апельсиновом со­ке, кукурузе и нефти.

Как выяснилось, престижный "Wall StreetJoumat' — не исключение. В начале 1998 г. он сообщил своим читателям, что его источник в Феде­ральной резервной системе знает наверняка, что Федеральная комиссия по открытому рынку (Fed Open Market Committee) собирается повысить учетные ставки. Через шесть недель, когда Федеральное правительство опубликовало стенограмму того заседания, мы узнали правду: члены ко­миссии проголосовали 11 голосами против 1 за то, чтобы не повышать учетные ставки! Кроме того, в двух случаях обнаружено, что репортеры "Wall Street Joumat' рекламируют приобретенными ими самими акции.

 

1 Howard Blum, The Gold of Exodus, New York: Simon & Schuster

 

На телевидении те же самые проблемы: ведущий «источник инсайдер­ской информации» на канале Си-эн-би-си, Дэн Дорффман (Dan Dorffman), ушел из эфира из-за обвинений, что вводил зрителей в заблу­ждение. Несколько лет назад Комиссия по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission) поймала самого Ральфа Нэйдера (Ralph Nader), точнее его мать, на короткой продаже акций «General Mo­tors» и еще одной компании, производящей шины, непосредственно перед тем, как Нэйдер напал на них со своими судебными исками по защите прав потребителей.

Так на что же еще мы можем обратить внимание, если реально исследо­вать новости мы не можем?

«Ценовое поведение! Графики!» — кричат сторонники технического ана­лиза и большинство игроков на краткосрочных колебаниях. В поведении цен хорошо уже то, что оно (поведение) видно на графиках, тут есть, на что смотреть и анализировать. Наиболее часто обращают внимание на (1) цено­вые фигуры, (2) индикаторы, основанные на ценовом поведении, и (3) тренд или моментум цены. Не столь известный, четвертый из моих основных ин­струментов, — это возможное влияние, оказываемое одним рынком на дру­гой. Помните систему для S&P 500 и то, насколько лучше она стала работать, когда мы ввели условие восходящего тренда бондов? Это пример рыночных взаимосвязей, которые я буду подробно обсуждать немного позже.

Наш последний, пятый, набор данных складывается из того, чтобы сле­довать принципу, который гласит: толпа часто бывает не права. Что касает­ся краткосрочной торговли, то здесь трейдер — всегда чистый неудачник. Всегда был им и всегда будет. Цифры, свидетелем обсуждения которых я был на протяжении долгих лет, говорят, что 80 процентов всех участников рынка теряют все свои деньги, вне зависимости от того, торгуют ли они ак­циями или товарными фьючерсами. Таким образом, их разочарование в сделанных ставках должно привести нас к тем самым краткосрочным взрывам, ведущим прямой дорогой к прибыли. Имеются различные спосо­бы измерения настроя публики: они называются индикаторами настрое­ний (sentiment indicators). Два лучших, которые я знаю, — это опросы обще­ственного мнения Джейка Бернстайна (Jake Bernstein) и «Market Vane» .

Для краткосрочной торговли я предпочитаю Джейка, потому что он ка­ждый день после закрытия действительно обзванивает 50 трейдеров, что­бы выяснить, придерживаются ли они бычьих или медвежьих настроений на каком-то определенном рынке. Так как они краткосрочные трейдеры и, по определению, обычно не правы, мы можем использовать их как указа­тель, когда не стоит быть покупателем или продавцом. Я не стремлюсь ис­пользовать их в качестве исключительного и самостоятельного индикато­ра для покупки или продажи, а использую, скорее, как инструмент, кото­рый не должен находиться в согласии с моей собственной, собранной вручную, системой торговли. Если все активно продают, я не хочу прода­вать вместе с ними. Возможно, я и не всегда игнорирую общественное мне­ние, но уверен, что не хочу, чтобы все сидели на моей стороне стола.

«Market Vane» черпает сведения о настроениях от авторов информацион­ных бюллетеней, а не от краткосрочных трейдеров. Поэтому их индекс боль­ше подходит для долговременных прогнозов развития рыночной ситуации.

Итак, теперь у вас есть пять главных элементов, которые, как я обнару­жил, могут помочь распознать краткосрочные взрывы. Мы будем наклады­вать эти «инструменты» или события на структуру рынка, чтобы получить возможность вовремя примыкать к движениям, направленным вверх или вниз. Так как все эти инструменты могут быть определены количественно, то логическая процедура должна преобразовать наши наблюдения и инст­рументы в математические модели. Следующий логический прыжок, со­вершаемый трейдерами, состоит в том, что коль скоро математика точная наука (два плюс два всегда равно четырем), должно быть точное решение и для торговли, и математика может дать этот ответ.

Ничто не может быть дальше от правды. Не существует 100-процентно­го правильного механического подхода к торговле. Действительно, имеют­ся инструменты и методы, основанные на наблюдениях, обычно работаю­щие, но причина, по которой мы теряем деньги, в том, что мы или пришли к неправильному выводу, или не имели достаточно данных, для правиль­ного вывода. Поэтому ни математика, ни механика не решают проблему. Правда о рынке рождается из всеобъемлющих наблюдений, правильной логики и верных заключений, основанных на имеющихся под рукой дан­ных.

Я заявляю вам об этом прямо в лицо, чтобы вы не утешали себя мыслью, будто спекуляция просто слепое следование за лидером, системой или ру­ководствуется абсолютно выверенным подходом. Если о рынках и можно сказать что-то с определенностью, так это то, что многое на них меняется. В начале 1960-х рост показателей денежной массы рассматривался как очень бычий фактор, всегда приводивший к повышению цен акций. По не­известной причине в конце 1970-х и начале 1980-х увеличение показателей денежной массы, публикуемых Федеральной резервной системой — самой большой из всех частных корпораций, — вызывало падение цен акций. В 90-е годы на денежную массу никто и не смотрит, на рынок она почти не влияет. То, что когда-то было священным, сегодня стало очевидно бес­смысленным.

Один из рынков, на которых я торгую наиболее активно, — это рынок бондов, и он торгуется совершенно иначе после 1988 г., чем до него. Почему? До октября того года была только одна торговая сессия, а затем мы получили вечерние сессии и в конечном счете — почти 24-часовый рынок. Это изменило характер торговли. Больше всего исследователей запутывает, что «в былые дни» Федеральная резервная система выпус­кала по четвергам отчеты, оказавшие огромное воздействие на цены бон­дов в пятницу. Этот эффект был столь велик, что в одном популярном романе послужил центральной темой уолл-стритовских махинаций.

Во время написания этих строк, в 1998 г., никаких «четверговых докла­дов» уже нет, а пятница теперь и выглядит по-иному, и торгуется совер­шенно иначе.

Лучшую услугу, которую вы можете мне оказать как читатель моего труда, это не только изучить мои основные инструменты, но и научиться оставаться активным и восприимчивым к тому, что происходит вокруг. Ве­ликие трейдеры, а я надеюсь, вы таковым станете, достаточно умны, чтобы замечать изменения и вовремя реагировать на них. Они не запираются в «черные ящики» неизменных подходов к торговле.

Одним из истинно великих трейдеров периода с 1960 по 1983 гг. был бывший профессиональный игрок в бейсбол Фрэнки Джо (Frankie Joe). Фрэнки обладал большим умом и смог выработать свой собственный под­ход к торговле. Он был отличным парнем, остроумным, как гвоздь, и пре­красным собеседником. После трех лет дружбы он показал мне свою техни­ку, состоявшую в том, что на фондовом рынке нужно было продавать на подъемах и покупать на падениях. Вот и все, что в ней было — ни больше, ни меньше. Это была великолепная техника в тот период, и она принесла Фрэнки состояние.

Затем появился в высшей степени предсказуемый и все же непредска­зуемый самый бычий рынок всех времен, порожденный налоговыми и бюджетными сокращениями Рональда Рейгана. Возникновение этого бычьего рынка было весьма предсказуемо. Но никто не предвидел, что в течение всего этого времени не будет никаких откатов, как мы это наблю­дали в предыдущие 18 лет. Этого не предвидел даже один из самых вели­ких трейдеров всех времен Фрэнки Джо. Он продолжал продавать на подъ­емах и никогда не закрывался на падениях; их попросту не было. В конеч­ном итоге он так расстроился из-за потерь и отсутствия успеха (как все великие трейдеры, он очень ревниво относился к своим победам), что по­кончил жизнь самоубийством.

То, что работает, работает и в этом бизнесе, но зачастую очень недолго, вот почему я так восхищаюсь балеринами — они всегда стоят на цыпочках.

Что не так с информационным веком

Фундаментальные факторы не меняются — именно поэтому их называют фундаментальными. Формула «Поступайте с другими так, как вы хотели бы, чтобы другие поступали с вами», — как и была хороша 2,000 лет тому назад, так и будет хороша еще 2,000 лет. Принципы, излагаемые мною в этой книге, непреходящи: я жил с ними почти 40 лет и буквально сделал миллионы долларов, торгуя по этим принципам.

И все же, если бы я впал в кому сегодня и проснулся через 10 лет, впол­не возможно, я не смог бы использовать те же самые правила с теми же самыми фундаментальными факторами. Хотя фундаментальные факторы постоянны, их применение и специфические особенности менялись и бу­дут меняться.

Сегодня царит технология, ускоряющая каждую грань нашей жизни. Теперь мы можем скорее все узнавать, быстрее общаться и немедленно вы­яснять изменения цен. Действительно, мы можем быстрее покупать и про­давать, быстрее богатеть и разоряться, лгать, мошенничать и воровать про­сто с невероятной скоростью. Мы можем даже заболеть или выздороветь быстрее, чем когда-либо прежде в истории мира!

Трейдеры никогда не имели так много информации и столько возмож­ностей ее обрабатывать. Все это они получили благодаря компьютерам и Биллу и Ральфу Крузам (Bill and Ralph Cruz). Они изобрели первое и луч­шее работоспособное программное обеспечение — System Writer, развив­шееся позднее в Trade Station. Благодаря этим продуктам от «Omega Research» обычные люди, вроде нас с вами, теперь могут проверять свои рыночные идеи. В течение вот уже более 10 лет благодаря изобретательно­сти Билла можно задать практически любой вопрос, чтобы узнать «прав­ду рынков».

Но что бы вы думали? Эта техническая революция в информационный век не принесла никакого крупного прорыва в мире спекуляции. Мы все еще имеем то же самое число победителей и проигравших. Парни и девчон­ки с современными компьютерами по-прежнему регулярно прогорают. Различие между победителями и проигравшими в значительной степени основано на одном простом повороте событий: победители хотят работать, замечать изменения и реагировать. Неудачники хотят получить все без труда, поэтому становятся жертвами точной системы и не меняющего свои взгляды гуру или индикатора, за которым они желают следовать вслепую. Проигравшие не прислушиваются ни к другим, ни к рынку, они упорству­ют в своем мышлении и в сделках.

Вдобавок ко всему, они последовательно нарушают основное правило успешного бизнеса: никогда не перегружаться, управлять капиталом, а так­же бизнесом в целом, избавляясь от плохих позиций и держась за хорошие. А я? Я буду придерживаться фундаментальных факторов в том виде, в ка­ком они преподносятся, со здоровой готовностью приспосабливаться к пе­ременам. Если я сохраняю гибкость, меня не сломаешь.

Правило миллионов Э.Г. Гарримана

Состояние семьи Гарриманов, сохранившиеся и по сей день, создано в на­чале 1900-х гг. «Старым Гарриманом», начавшим свою карьеру клерком в торговом зале биржи и ставшим одним из крупнейших банковских и биржевых магнатов. Он сделал $15 миллионов прибыли в 1905 на одной сдел­ке с «Union Pacific». Этот король спекуляции сосредоточился только на железнодорожных акциях, хитах его эры.

В 1912 г. один из интервьюеров спросил Гарримана о его навыках и се­кретах игрока фондового рынка. Трейдер ответил: «Если вы хотите знать секрет, как делать деньги на фондовом рынке, то он в следующем: убейте ваши потери. Никогда не позволяйте акции идти против вас больше, чем на три четверти пункта, но если она движется в вашем направлении, пусть се­бе бежит. Поднимайте за ней ваши стопы, чтобы у нее было место для ко­лебаний, и двигайтесь выше».

Гарриман выработал кардинальное правило после изучения торговых счетов своих клиентов, работая в брокерской фирме. Он обнаружил, что из тысяч и тысяч сделок на публичных счетах проигрыши в 5 и в 10 пунктов численно превосходили выигрыши в 5 и в 10 пунктов. По его словам — в соотношении «пятьдесят к одному!» Меня всегда поражало, что деловые люди, поддерживающие жесткий контроль и учет в своих магазинах и офи­сах, теряют все свои способности контролировать, когда дело доходит до биржевой торговли. Я не могу привести вам в пример более авторитетного специалиста, чем Э. Г. Гарримана, или более важное правило спекуляции, чем то, о котором этот человек сообщил нам в 1912 г.

Как я и говорил, фундаментальные факторы не меняются.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

     Подбираемся        ближе                          к истине

Первое доказательство, что рынок не случаен, и наш первый «ключ» к рыночным взрывам.

Проигравшие в любой игре нередко оправдываются, что исход игры под­строен или в ней никто не может выиграть, и таким образом, их неудача простительна. Что ж, биржевые игры за многие годы погубили немало лю­дей. Мне даже случалось читать жалобы академиков, таких как Пол Кутнер (Paul Cootner), который в своем классическом труде «Случайный характер цен акций** вывел мрачную формулу: цены не могут быть предсказаны, про­шлая ценовая активность не имеет никакого влияния на то, что случится завтра или на следующей неделе. «Это справедливо, — предполагает он и группа других, очевидно, никогда не торговавших авторов, — потому что рынок эффективный». Все, что должно быть известно, известно всем, поэ­тому вся информация уже нашла свое отражение в текущих ценах. Следо­вательно, сегодняшнее изменение цен может быть вызвано только новой поступающей на рынок информацией (новостями).

Суть рассуждений этих авторов в том, что повторения, случающиеся день ото дня, не взаимосвязанные, а значит, на цену воздействуют случай­ные величины, что и объясняет гипотезу о полной случайности движения цен, а это, в свою очередь, бросает вызов концепции предсказуемости. Ве­ра в подобное случайное блуждание означает признание, что рынок эффе­ктивный и всем все известно.

 

 

 

1 The Random Character of Stock Prices

 

Очевидно, вы не принимаете эту концепцию, раз потратили на эту книгу с трудом заработанные деньги, думая, что, воз­можно, я знаю и смогу передать вам то, чего не знает большинство других трейдеров и инвесторов.

Вы правы! Кутнер и его последователи, очевидно, проверяли зависи­мость будущего поведения цены от прошлого, используя одномерный под­ход. Я подозреваю, они, возможно, тестировали будущее изменение цен, основываясь на чем-то вроде скользящих средних, и таким образом, при поиске истины использовали неправильные инструменты.

Если поведение цен не зависит от прошлого, то за достаточно длительный период времени в половине случаев рынок должен закрываться выше, а в 50 процентах — ниже. Он должен быть подобен подбрасываемой монете — она уж точно не имеет памяти. Каждый новый бросок никак не зависит от то­го, что происходило в прошлом. Если бы мне пришлось подбрасывать такую беспристрастную монету по вторникам, я получил бы то же самое соотноше­ние орлов и решек — 50/50, что и при бросках в любой другой день недели.

Рынок не игра в орлянку

Если теория Кутнера справедлива и рыночная активность случайна, то проверка междневных изменений цен должна быть очень легким делом. Мы можем начать с очень простого вопроса: «Если рыночная активность случайна, разве не должен дневный диапазон торговли, т. е. максимум ми­нус минимум каждого дня, быть примерно одинаковым, независимо, какой это день недели?»

Надо было бы также задать вопрос: «Если поведение цен случайно, раз­ве не должно дневное изменение, независимо от того, направлено оно вверх или вниз, быть абсолютно таким же, как дневные изменения в течение ка­ждого дня недели?»

И, наконец: «Если цена случайна, разве не верно, что тогда ни один день недели не может и не будет показывать сильное отклонение вверх или вниз?» Если у рынка нет памяти, то конечно же, не должно иметь значения, в какой день вы подбрасываете монету или проводите ваши сделки. Прав­да, однако, в том, что это имеет значение, и немалое.

Вместо того, чтобы слушать теоретиков, я пошел на рынок, чтобы уви­деть, что он может мне показать. Я задал вышеупомянутые вопросы и мно­гие другие, чтобы понять, существует ли зависимость одного дня от друго­го или от какой-то ценовой фигуры или прошлого ценового поведения, ко­торое последовательно влияет на завтрашнюю цену, заставляя ее двигаться за пределы критической точки случайного блуждания. Ответ был ясен: ры­нок не соответствует модели Кутнера. Таблицы 6.1 и 6.2 доказывают мою точку зрения.

 

 

Я исследовал два самых больших, следовательно, как вы мог­ли уже сами сообразить, наиболее эффективных рынка: S&P 500 — индекс акций 500 компаний и казначейские бонды Соединенных Штатов.

 

 

 



Таблица 6.1

S&P 500 1982-1998


Таблица 6.2

Казначейские бонды 1988-1998


Мой первый вопрос такой: «Есть ли различие в размере диапазона для различных дней недели?» Далее: «Зависит ли изменение расстояния от от­крытия до закрытия от дня недели?» И, наконец, я рассмотрел чистое из­менение цен в каждый из дней. В мире Кутнера все эти вопросы должны вызвать одинаковый ответ: не должно быть никаких отклонений, либо они допустимы лишь в небольших размерах.

На рынке S&P 500 вторники и пятницы регулярно имели ежедневные диапазоны больше, чем в любой другой период времени. На рынке бондов четверги и пятницы имели самые большие ежедневные диапазоны. Неуже­ли не все дни созданы одинаково?

Вы можете просто поспорить, но лучше сделать ставку, потому что вто­рой столбец для каждого рынка показывает, что абсолютное значение це­нового колебания от открытия до закрытия также широко изменяется. Для S&P 500 самое большое изменение от открытия до закрытия случается по понедельникам со средним показателем 0.631, тогда как самое маленькое возникает по четвергам на уровне -0.044.

На рынке бондов разница еще больше. Самые большие изменения от от­крытия до закрытия случались по вторникам, демонстрируя в среднем 0.645, а самые маленькие — по понедельникам -0.001!

Наконец, взгляните на последний столбец в обеих таблицах: S&P 500 по пятницам имеет отрицательное значение, а на рынке бондов отрицатель­ные изменения происходят по понедельникам и четвергам. Кутнер сказал бы, что это невозможно, потому что на эффективном рынке для одного дня не должны быть характерны больший рост или падение, чем для любого другого. Рынок говорит нам совсем другое: некоторые дни недели, оказы­вается, лучше для покупки или продажи, чем другие!

Я хочу довести эту мысль до конца: Кутнер и его последователи, оче­видно, не тестировали рынок на зависимость от дня недели. Я провел ис­следование, в котором мы поставили задачу перед компьютером покупать каждый день на открытии и продавать на закрытии. Я прогнал этот тест на всех зерновых рынках. Хотя это не система торговли, но полученные све­дения приоткрывают дверь истины, давая нам преимущество, которого нет у тех, кто поставил эту книгу обратно на полку. Данные дают ясно понять, о чем идет речь:

все зерновые рынки имеют явную предрасположенность расти по средам больше, чем по любым другим дням недели.

Давайте скажите, что случилось с тем случайным блужданием? Похо­же, что для зерновых оно застряло где-то в районе среды. Что очевидно, так это появление преимущества для данной игры. Конечно, оно невелико, но казино в большинстве своих игр, основанных на случайных шансах, обыч­но работают на преимуществе от 1.5 до 4 процентов. Именно на этот кро­шечный процент, выигрываемый достаточно часто, строятся все те гости­ницы и субсидируются бесконечные бесплатные буфеты.

Хотя зерновые, особенно соя, предлагают некоторые возможности для краткосрочной торговли, эта книга пишется на рубеже двадцать первого столетия, когда есть краткосрочные рынки более взрывного характера, на которых можно сосредоточиться: S&P, казначейские бонды, фунт стерлин­гов и золото. Первые два подходят для нас, краткосрочников, лучше всего.

 

Таблица 6.3 показывает воздействие фактора дня недели на изменения цен, происходящие на этих рынках. И вновь традиционалисты стали бы спорить, что разница должна быть небольшая, если она вообще возможна, принимая во внимание, что изменения цен случайны. Однако мы находим, что день недели действительно влияет на будущую ценовую активность, влияние, которое можно превратить в прибыльную торговлю.

 

 

Таблица 6.3 Ежедневные изменения цен

 

Золото

Фунт стерлингов       Бонды

S&P500

Понедельник

50%

+$ 7

53%

+$13

54%

+$59

52%

+$ 91

Вторник

48

-2

54

15

49

-18

52

+59

Среда

49

-3

49

0

54

+16

52

-27

Четверг

51

0

49

-21

53

+30

50

-10

Пятница

49

-13

54

0

50

-35

57

+134

Таблица 6.4 Изменения цен от открытия к закрытию по дням

 

Золото

Фунт стерлингов

Бонды

S&P500

Понедельник

53%

+$8

54%

+$ю

55%

+$53

50%

+$45

Вторник

52

-3

58

-12

47

-35

55

+56

Среда

53

+4

55

+18

52

+4

51

-27

Четверг

52

+1

55

+11

50

+8

50

-37

Пятница

53

-9

56

+13

51

-14

57

+109

 

Один из моих любимых факторов краткосрочной торговли — торговый день недели (Trading Day of the Week, TDW). Здесь я сосредоточиваю внимание на изменениях цен от открытия дня к его закрытию, а не просто от закрытия к закрытию. Причина должна быть вам ясна, поскольку день для краткосрочного трейдера начинается с момента открытия и заканчива­ется на закрытии по крайней мере для внутридневного трейдера.

Таблица 6.4 показывает результаты такого исследования, где бонды или S&P 500 покупались на открытии и продавались на закрытии каждого TDW. Сторонники теории случайного блуждания при виде этого должны оказаться на последнем издыхании. К примеру, по средам фунт стерлингов растет после открытия в 55 процентах случаев и «делает» $18 на сделку. «Делает» взято в кавычки, потому что после того, как будут учтены комис­сионные и проскальзывание, останется не так много, но повторяющийся тип поведения показывает существующее смещение рынка, которое мы мо­жем развить в пригодный для торговли материал.

Золото растет в 52 процентах случаев после открытия по вторникам, де­лая -$3, в то время как дела с покупкой по вторникам на рынке.облигаций идут ненамного лучше, что дает 47 процентов выигрышей, в среднем -$35 на сделку. Самое большое смещение наблюдается у S&P 500 (рисунок 6.1). Именно там я впервые обнаружил смещение и торговал этим смещением с 1984 г. По понедельникам этот король волатильности закрывался выше от­крытия в 57 процентах случаев со средней прибылью $109! Торговцы бон­дами должны обратить внимание, что изменения между открытием и за­крытием по понедельникам были положительными в 55 процентах случа­ев, со средней прибылью $53.

Если вы интересуетесь отношением закрытие-закрытие, оно тоже про­является, и опять присутствует смещение, или игровое преимущество, ко­торое становится просто очевидным. Изучите его самостоятельно.

Таблица 6.5 показывает результаты покупки на открытии и продажи тремя днями позже. Любые остающиеся энтузиасты случайного блуждания заявят вам, что мы не должны были найти каких-либо различий меж­ду днями недели в течение 3-дневного периода.

Рисунок 6.1 Торговля с использованием смещения.

Эффективный рынок дол­жен был стереть их. Тем не менее, когда мы смотрим только на день каж­дой недели с лучшими показателями, основываясь на изменениях от от­крытия к закрытию, мы видим большое смещение и ощущаем на вкус сладость осознания, что рынки не являются полностью случайными. Един­ственным случайным рынком было золото, а все остальные рынки, кото­рые я изучал, отрицают это случайное блуждание. Бонды и S&P 500, — ли­деры смещения — демонстрируют довольно приличные прибыли.

 

 

 

 

TDW действительно позволяет взглянуть на вещи в ином свете и может дать нам работоспособное смещение, с помощью которого можно торго­вать. Есть множество способов, как начать доить эту корову. Вы, вероятно, уже сами подумали о некоторых из них. Само собой разумеется, именно смещение - это то, что вы хотите понять и принять во внимание для любо­го рынка, на котором собираетесь вести краткосрочную торговлю.

Ранее я говорил, что открытие имеет критическое значение: если начи­нается рост или падение с самого открытия, то цена, вероятно, продолжит движение в том же направлении. Теперь я продемонстрирую еще один та­кой подход. Мы объединим наше смещение «дня недели» с одним простым правилом: будем покупать на открытии в день смещения + «X» процентов от диапазона предыдущего дня. Мы намечаем наш день смещения и поку­паем в этот день при росте цены открытия. Наш выход прост: мы держим позицию до конца дня и закрываем нашу сделку с прибылью или убытком. (Имеются и более хорошие методы выхода, до которых я дойду позже.)

Результаты покупки S&P 500 при открытии в понедельник с плюсом 5 процентов (+0.05) от диапазона пятницы оказываются достаточно при­влекательными для торговли всего один день в неделю (см. рисунок 6.2)! Этот подход дает чистую прибыль $95,150 с 435 выигрышными сделками из общего количества 758. Таким образом, средняя прибыль на сделку составила $125 с 57-процентной точностью.

 

            Рисунок 6.2 Покупка на открытии в понедельник.

 

 

Бонды, покупаемые во вторник, при открытии с плюсом 70 процентов от диапазона понедельника приносят прибыль $28,812 с 53-процентной точностью, делая $86 на сделку, что маловато. Однако лучшая техника выхода радикально изменит это число (см. рисунок 6.3). Смысл всех этих данных в том, что такой простой фильтр, как TDW, позволяет нам сделать то, что профессора считают не­возможным... — переиграть рынок.

Подводя итог, скажем, что акции имеют вполне доказанную склонность расти по понедельникам, бонды — по вторникам, а фактически все зерно­вые — по средам. Чтобы прийти к этому мнению, мы исследовали цены на зерновые, начиная с 1968 г. (30 лет данных), бонды — с 1977 (21 год дан­ных), a S&P с тех пор, как ими начали торговать — с 1982 г. (17 лет). Коро­че говоря, мы достаточно кидали кости, чтобы прийти к некоторым надеж­ным заключениям, и использовали достаточно данных, чтобы установить, что смещения существуют: цена определяется не только случайным блуж­данием пьяного моряка по страницам «Wall Street Journal».


Это исследование дает нам преимущество перед другими трейдерами, преимущество в игре, предоставляя возможность сосредоточиться, когда торговать. Победителем вас делает не то, как часто вы торгуете. В конце концов, любой дурак может торговать каждый день недели. Старые игроки, вроде меня, совершенно точно знают, что именно то, как часто вы не торгу­ете и насколько вы избирательны, может сделать вашу карьеру успешной.

 

Рисунок 6.3 Использование лучшей техники выхода.


 

Проницательные трейдеры, вероятно, уже задают следующий вопрос, на который я теперь отвечу: «Если есть смещение в отношении TDW, мо­жет ли быть смещение в отношении торгового дня месяца?»

Ответ положительный, и вот вам доказательство. Следующие результа­ты получены при покупке/продаже на открытии определенного торгового дня месяца и закрытии этой позиции либо через стоп на уровне $2,500 для S&P 500 и $1,500 для бондов, либо на третий день после входа.

Днем входа была не календарная дата, а торговый день месяца (TDM). Месяц может иметь 22 торговых дня, но из-за праздников, уик-эндов и т.п. мы не всегда имеем 22 дня. Наше правило входа — покупать или продавать на открытии указанного TDM. Это означает, чтобы открыть сделку, вы должны рассчитать, сколько торговых дней уже было в этом месяце.

Эта концепция TDM родственна сезонным колебаниям. Большинство других авторов, а также тех, кто изучает поведение рынка, сосредоточились на календарных днях, но этот подход имеет свои недостатки: если компью­тер выплевывает, что 15-й календарный день лучший для покупки, а в этом году 15-е — суббота, а день перед ней — праздник, то когда же все-таки нам действовать? В среду, четверг или в следующий понедельник? TDM устра­няет этот вопрос, давая наводку только на определенный торговый день.

Я не торгую по этим дням исключительно, вернее сказать, включитель­но, как по TDW. Я использую TDM как настройки, индикаторы, определя­ющие, когда осуществлять то или иное действие. Я могу совершить или не совершить сделку, основываясь на TDM, предпочитая откладывать реше­ния по каждой конкретной сделке до того момента, когда придет нужное время. Я предпочитаю посмотреть, что еще происходит с рынком, потому что это игра для думающего человека, работающего в реальных условиях, а не робототехнический опыт виртуальной реальности. Мои исследования показывают, что все рынки имеют периоды установки TDM (TDM setup periods), когда шансы роста или падения определенно складываются в на­шу пользу. Если вы торгуете на других рынках, которые не обсуждаются в этой книге, вам потребуется компьютер или программист, чтобы получить аналогичную информацию о ваших торговых инструментах.

Действительно, есть время сеять и время пожинать каждую неделю и каждый месяц года. Некоторые времена лучше, чем другие, но только очень неопытный трейдер вслепую заключал бы такие сделки. Моя страте­гия — найти смещение типа TDW и TDM, а затем соединить его с другим смещением, чтобы перетасовать колоду в свою пользу. Если бы вы и я иг­рали в карты на деньги, поверьте, я пришел бы с меченой и подтасованной колодой, и это именно то, как я хочу торговать: чтобы как можно больше шансов было в мою пользу. Если весы несильно перевешивают в мою поль­зу, зачем же тогда вообще торговать? Каждый год существует множество сделок, по сути, являющимися подтасованными колодами, и я буду ждать, пока они материализуются.

Довольно слов. Таблицы 6.6 и 6.7 показывают лучшие TDM для бондов и S&P 500 соответственно.

Эти результаты фактически сногсшибательны. Следуя нескольким очень простым правилам, можно было бы получить $211,910 прибыли от торговли бондами на протяжении всего 6 дней в месяц, и $387,320 от тор­говли S&P только 7 дней в месяц. Результаты S&P предполагают отсутст­вие стопа в день входа, но установку стопа $2,000 на следующий день пос­ле входа, в то время как с бондами мы использовали стоп $1,500, выставля­емый в день входа.

Хотя вы, возможно, не захотите слепо следовать этим торговым датам, мы, конечно же, хотели бы иметь информацию об этих критически важных периодах торговли, потому что в результате этого мы получаем определен­ное преимущество в игре — ведь мы знаем, когда наиболее вероятно может произойти сильный курсовой рост ценных бумаг.

Таблица 6.6 Лучшие TDM для S&P 500 за 1982-1998 гг.

 

 

 

Кол-во

%

Средняя

 

TDM

$ прибыли

сделок

выигрышей

сделка

Проседание

6

48,787

166/97

58

293

13,025

7

54,212

168/212

60

322

6.100

8

51,312

175/102

68

293

10,675

19

64,162

145/84

57

442

8,187

20

55,600

110/60

54

505

11,825

21

70,875

75/48

64

945

7,750

22

42,375

61/40

65

694

10,075

Таблица 6.7 Лучшие TDM для казначейских бондов за 1977-1998 гг.

 

 

 

Кол-во

%

Средняя

 

TDM

$ прибыли

сделок

выигрышей

сделка

Проседание

8

38,375

230/128

55

166

7,125

18

46,562

231/132

57

201

12,656

19

43,593

195/116

59

223

12,343

20

30,131

148/84

56

292

7,093

21

31,562

106/59

55

297

7,406

22

21,687

76/49

64

285

7,250

Месячные дорожные карты

Чтобы лучше понять, как цены обычно перемещаются в течение каждого месяца года, на рисунке 6.4 показан дневной график, отражающий измене­ния цен в каждый TDM. Напоминаю, это общие контуры того, как цена ве­ла себя в прошлом. Подобно дорожным картам, цена в этом году и в этом месяце может соответствовать, а может и не соответствовать данной фигу­ре. Обычно, однако, эти ценовые конфигурации соблюдаются. Рисунок 6.4 представляет казначейские бонды в течение 1998 г.: ниже области ценовой активности проходит линия, показывающая дневное движение на протяже­нии каждого месяца. Никто не должен ожидать, что цена будет в точности следовать за этим индексом, но в общем она следует за подъемами и спада­ми. Показанный индекс создан на основе исторических данных и продлен в 1998 год. Как вы можете видеть, пик января возник как по расписанию, как и падение в мае, а потом подъем в июне и откат в конце июля.


Рисунок 6.4 Дневной график казначейских бондов. Создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Что это — счастливая случайность? Возможно, поэтому взглянем на другую дорожную карту TDM, на сей раз для S&P 500, снова составлен­ную на данных, заканчивающихся в 1996 г., а затем рассмотрим движение цен в 1998 г. (см. рисунок 6.5).

Хотя соответствие и не точное, но подобие весьма заметно, причем в будущем проявились некоторые периоды време­ни, лучше всего подходящие для торговли с «подтасованной колодой», как это и предполагалось на основе прошлых данных.

Лучший пример — крупный обвал рынка акций, начавшийся в июле 1998 г. точно по расписанию, конгруэнтный дорожной карте TDM. Этот индекс — один из инструментов, использованный мною, чтобы вывести в июне 1998 г. с рынка всех, кто держал акции и обратился ко мне за сове­том.

Я не верю, что прошлое точно предсказывает будущее. Моя точка зре­ния: прошлое указывает на то, что, вероятно, может случиться в будущем. Таким образом, это общая установка, очертание или смещение, которые мы можем и должны учитывать. Пришло время подумать, что мы должны де­лать в этот день, в этот месяц и в этот год.

Я заканчиваю эту главу реальным примером из моей собственной тор­говли в 1998 г. Основываясь на системе, используемой мною для торговли бондами, я имел немногим более 300 коротких контрактов по ним в мо­мент, отмеченный стрелкой на рисунке 6.6. Это не очень хорошее место, чтобы держать короткие позиции, — цена шла против меня, причем убыток составлял почти $250,000. Я был эмоционально перегружен и готовился зализывать раны, поскольку мой автоматический долларовый стоп на уровне в 122 22/32 был уже близок.


Рисунок 6.5 Индекс S&P 500 (дневные бары). График создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Если бы я не знал об этой карте или фигуре, я бы позволил стопу срабо­тать. Но зная, что по ценовой фигуре ослабление рынка обычно начинает­ся на 12-й TDM, я решил не только поднять свой стоп до 122 28/32, но и открыть новые короткие позиции 19 февраля в надежде, что влияние TDM вступит в игру как обычно. К счастью, рынок «знал, что делать», и начал идти вниз с того самого момента и до 24 февраля, когда моя система при­звала к переходу в длинные позиции. Я все же принял убыток на первона­чальной сделке, но гораздо меньший, чем если бы я не знал об этом смеще­нии рынка.

Должен признать, что рынок мог бы пройти и выше: возможность ока­заться неправым никогда не берет отпуск, поэтому я все же установил стоп. Я только слегка изменил его, основываясь на имевшейся информации. Это бизнес для думающих людей. Он всегда был и всегда будет таким, вот по­чему я хочу научить вас тем основам, которые могут сделать торговлю успешной.


Рисунок 6.6 Дневной график казначейских бондов. Создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Один из жизненно важных элементов, которые я использовал с высокой степенью успеха — концепция TDM/TDW. Я не знаю точно, кто первый предложил эту идею — Шелдон Найт (Sheldon Knight), один из са­мых славных парней и лучших исследователей в бизнесе товарных фью­черсов, или я сам. Но думаю, что в доверии к этой технике равных мне не было.

Некоторые из моих товарищей по торговле отклоняют концепцию TDW и упорно утверждают, что нет никакого различия между одним днем недели и другим. Я всегда яростно не соглашаюсь и подчеркиваю — это мой первый строительный блок, чтобы определить, что я буду делать завтра. Сведения, приведенные в этой главе, указывают на существование смеще­ния по некоторым дням недели. Моя работа трейдера в том, чтобы макси­мально использовать эту возможность.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава


 

Ценовые фигуры получения прибыли

Мое доказательство существования метода для понимания безумия движения рынка.

Чартисты полагают, что некоторые ценовые фигуры или конфигурации на их графиках могут предсказывать поведение рынка. Главным образом эта братия рассматривает долгосрочные фигуры рыночной активности. Тем, кто хочет серьезно изучить эти феномены, следует начать с классического труда Эдвардса и Магии (Edwards and Magee) «Технический анализ трен­дов фондового рынка»1.

В 1930-х годах Ричард Викофф (Richard Wyckoff), Оуэн Тейлор (Owen Taylor), Гартли (Gartley) и Джордж Симан (George Seaman), перед кото­рыми я готов снять шляпу, потратили немало времени на исследования этих долгосрочных фигур в попытке разработать системный подход к тор­говле. В 1950-х годах Ричард Данниган (Richard Dunnigan) сделал боль­шой шаг вперед, сосредоточившись на ценовых фигурах протяженностью 10-15 дней, в то время как представители старшего поколения все еще топ­тались на 30-60-дневных ценовых фигурах.

1 Technical Analysis of Stock Trends

 

 

 

 

Как уже упоминалось, такие же ценовые фигуры можно найти во всем, что можно изобразить в виде графика. Подбросьте несколько раз монету, нанесите результаты на график и вы увидите те же самые конфигурации, которые можно найти на графиках и свинины, и кукурузы! Это оттолкну­ло некоторых аналитиков от анализа структуры цен, и не без серьезного ос­нования. Вообще говоря, эти фигуры не предсказывают или не могут ска­зать многого о будущем. Может быть, все дело в том, что графические кон­фигурации не имеют никакой предсказательной силы или изучаемый период времени выбран неправильно. У.Л. Линден (W.L. Linden) в статье для журнала Forbes пришел к выводу, что экономические прогнозы веду­щих экономистов, регулярно были неправильными фактически в каждом крупном поворотном пункте, начиная с 1970-х годов. Пугает здесь то, что исследование включало в себя прогнозы Таунсенда-Гринспена (Townsend-Greenspan) — последнее имя принадлежит человеку, ставшему во главе Федеральной резервной системы (самой мощной частной корпорации в мире) — Алану Гринспену.

Единственный луч надежды, проблескивающий в статье — заявление, что эти прогнозы правильные только на короткий период времени. Это звучит разумно: гораздо легче предсказать следующие 5 минут вашей жиз­ни, чем последующие 5 лет. По ходу дела в игру вступает все большее ко­личество переменных, происходит большее число изменений. Поэтому прогнозы неровной походкой уходят в темноту неизвестности, в черные дыры будущего, изменяющие то, что было уже однажды известно или, по-иному, считалось правильным путем.

Думаю, это может объяснить, почему я действительно делал деньги (я бы мог даже добавить — на протяжении многих лет.), торгуя по ценовым фигурам. Фигуры, используемые мною, годятся для предсказания очень краткосрочных рыночных флуктуации протяженностью от 1 до 5 дней. Возможно, где-то и есть некая великая схема происходящего, главная фи­гура всех крупных рыночных максимумов и минимумов. Если это и так, то мне она (фигура) никогда не открывалась, но ведь есть и много кратко­срочных рыночных фигур, дающих вам большое — и в некоторых случаях я сказал бы даже огромное — преимущество в игре.

Общий элемент

Сначала я должен доказать, что фигуры могут работать, и они действитель­но работают или, по крайней мере, дают преимущество, т. е. корову, кото­рую мы можем доить. Затем я смогу рассказать вам, почему я думаю, что эти фигуры работают, что представляет из себя метод понимания безумия и вообще, на каких рабочих предпосылках основан мой подход к этим фи­гурам для получения прибыли.

Давайте начнем с базовой фигуры, используя для этого очень актив­ный рынок S&P 500. Мы знаем, что в 50 процентах случаев этот рынок должен закрываться с дневным повышением, а в 50 процентах случаев — с понижением. Если мы не учитываем TDW, результат следующего дня после любого данного дня предполагается случайным, как процесс под­брасывания монеты.

Фигуры могут кардинально изменить все это.

Мы начинаем с установления базового параметра. Что случается, если мы покупаем S&P 500 каждый день и выходим на следующем закрытии, имея в торговле стоп $3,250? С июля 1982 г. по февраль 1998 г. совершено 2,064 сделки с 52-процентной точностью и средней прибылью на сделку $134.

Теперь мы добавляем нашу первую фигуру. Что, если мы будем поку­пать завтра, только если закрытие сегодня было вниз? В этом случае было 1,334 сделки с той же 52-процентной точностью, но средняя прибыль на сделку выросла до $212. Наконец, если наша фигура состоит из трех после­довательных закрытий вниз, точность подскакивает к 58 процентам в 248 сделках, а средняя прибыль на сделку взмывает к $353! Что, кроме фигу­ры, могло это сделать?

Давайте смоделируем простую ценовую фигуру, чтобы увидеть, что случится завтра, если для следующих условий: во-первых, мы хотим, что­бы сегодняшняя цена была выше, чем цена закрытия 30 дней назад, т. е. чтобы мы находились в некотором смысле в восходящем тренде. Затем мы хотели бы увидеть небольшой откат восходящего тренда, чтобы сегодняш­нее закрытие было ниже, чем закрытие 9 дней назад. Если это условие со­блюдается, мы будем покупать завтра на открытии и выходить на закрытии следующего дня. Если рынок действительно случаен, то 52 процента таких сделок должны сделать деньги (не 50%, потому что на протяжении того пе­риода времени, когда проводилось исследование, имело место смещение общего тренда в сторону повышения; об этом лучше всего свидетельствует тот факт, что первоначальное исследование показало закрытие с повыше­нием в 52% случаев).

Факты предстают теперь совсем в ином свете. Наша скромная малень­кая фигура произвела 354 сделки с 57-процентной точностью и средней прибылью в $421 на сделку. Точность подскакивает с 52 процентов до 57 процентов, а средняя прибыль на сделку увеличивается почти четырех­кратно! Но держитесь, это еще не предел.

Если мы объединим фигуру с нашей концепцией торгового дня недели и осуществим эти сделки на основе фигуры только по понедельникам, точ­ность повысится до 59 процентов, а средняя прибыль — до $672. На этом остановимся. Фигуры и дни недели могут быть полезным торговым инст­рументом или, что то же самое — преимуществом для краткосрочного трей­дера.

 

 

Лучшие фигуры, найденные мною, имеют общий элемент, связывающий их вместе: фигуры, представляющие экстремальные рыночные эмоции, надежно генерируют сделки для ценовых колебаний в противоположном направлении.

Другими словами, то, что многие «видят» на своих графиках как отрица­тельное явление, наиболее часто может оказаться положительным для крат­косрочных рыночных движений, и наоборот. Речь идет о внешнем дне с за­крытием вниз. Максимум дня выше, чем максимум предыдущего дня, а мини­мум — ниже, чем минимум предыдущего дня, причем закрытие — ниже минимума предыдущего дня. Это смотрится плохо, как если бы небо действи­тельно падало на нас. Собственно, почти все прочитанные мною книги, гово­рят, что это превосходный сигнал на продажу, и такое дикое колебание — знак рыночного разворота в направлении закрытия, и в этом случае оно — вниз.

 


Рисунок 7.1 Доллар США (дневной график). Создан программой «Navigator» (Genesis Financial Data Services).


Кто бы ни писал эти книги, он не тратит много времени, работая с цено­выми графиками! Как показывает график долларового индекса (Dollar Index) на рисунке 7.1, это, возможно, чрезвычайно бычья фигура или ры­ночная конфигурация.

 

 

 

 

 

 

Действительность сильно отличается от догадки, как показывает быст­рый компьютерный тест, раскрывающий мощь одной из моих любимых краткосрочных фигур. Не требуется многого, чтобы доказать действен­ность фигур или проверить их, чтобы увидеть происходящее на самом де­ле. Возьмем фигуру внешнего дня, о чем я уже упоминал, и добавим заклю­чительный фильтр, или событие, которое может произойти, оказывая даль­нейшее влияние на фигуру завтрашнего дня. Это событие — направление завтрашнего открытия, как показано на рисунке 7.2. Если индекс S&P 500 завтра открывается ниже закрытия внешнего дня и мы покупаем на откры­тии следующего дня, у нас получается 109 пересечений с 85-процентной точностью, что дает прибыль $52,062 и $477 за сделку.

Если мы покупаем в любой день, кроме четверга, в который, как мы зна­ем, часто возникает давление продавцов, переходящее на пятницу, мы де­лаем немного меньше — $50,037, но наша средняя прибыль на сделку под­скакивает до $555, а точность увеличивается до 86 процентов с одновре­менным уменьшением проседания с $8,000 до $6,000. Эти результаты используют правило выхода на стопе $2,000 или при первом прибыльном открытии.


Рисунок 7.2 Бычья фигура.


Мы можем использовать эту же самую ценовую фигуру, чтобы устано­вить торговые вероятности на рынке бондов. Эта фигура настолько мощная, что может использоваться на всех рынках как автономная торговая конфигурация, однако Ларри-«крапленая колода» все же предпочитает иметь дополнительное подтверждение, чтобы использовать наверняка только лучшие из лучших сделок.